– Ну, заносите уже быстрее – холодно, – завопила Джульетта, на которой было надето длинное платье, напоминавшее, скорее костюм Белоснежки, нежели принцессы.
Они прошли несколько коридоров, занесли подарки в комнатку, где лежали аккуратно сложенные коробки. Джульетта заглянула в один из пакетиков и с восторгом произнесла:
– Мамочки, какое изумительное платье!
– Да, Дэну тоже понравилось.
– Я так рада, что ты пришел. Пойдем, познакомлю тебя кое с кем, – она схватила его за руку и с улыбкой обратилась к Павлу: – Я буду тебе признательна, если ты все разложишь.
– Нет, проблем, – подмигнул тот.
– Спасибки.
Они скрылись за дверью.
Войдя в ярко освященный зал, украшенный воздушными шарами и надписью: «Любовь к детям обязательна», Сергей заметил большое количество ребятишек разного возраста. В этот момент они повторяли движения какого-то танца, который показывала энергичная и достаточно полная женщина. Накрытые белой скатертью столы пестрели разнообразными вкусностями: тортики, печенья, домашние пироги и конфеты в блестящих фантиках – все это походило на сборище заядлых сладкоежек. Джульетта подвела Сергея к худощавой пожилой даме в черном строгом костюме.
«Наверняка директорша», – предположил он.
– Познакомься, это Анжела Аркадиевна, – директор этого замечательного детского дома.
Женщина с серьезным видом посмотрел на него сквозь большие с толстыми линзами очки.
– К-как? – переспросил он, думая, что ослышался.
– Что как?
– К-как з-зовут?
– Анжела Аркадиевна, – повторила Джульетта и с подозрением взглянула на него.
– Сергей, – произнес он еле слышно.
Женщина улыбнулась:
– Ну, не робейте Сергей. Это я выгляжу так строго, чтобы детишки уважали меня, а на самом деле я не такая уж злыдня.
– Все в порядке? – спросила девушка.
– Д-да. Все хорошо. Вот только… Я хочу спросить кое-что, – он прищурился, формулируя вопрос, и обратился к директрисе: – Скажите, лет двадцать пять-тридцать назад вы не работали в садике под названием «Петушок»?
Анжела Аркадиевна удивленно приподняла густые брови и с благоговением произнесла:
– Да. Да, я там работала целых десять лет. Прекрасный был садик, пока его не закрыли.
Женщина сняла очки, чтобы протереть платочком. И в этот момент Сергей заметил темную тоненькую полоску усиков на ее лице.
– А его закрыли? – удивился он. – Я не знал.
Джульетта молча наблюдала за ними, ожидая развязки странного разговора.
– А почему вы, собственно, интересуетесь? – спросила она, надевая очки обратно.
– Видите ли, я один из ваших воспитанников. Вы, наверное, меня и не помните. Да, что там, наверное. Наверняка. Я тот мальчик, который ужасно не любил запеканку. – При упоминании этого блюда Сергей поморщился.
– Кажется, – медленно проговорила она, – кажется, я вас припоминаю. Да! Да! Вспомнила. Сережа, как же приятно видеть своих воспитанников спустя столько лет, – директриса со слезами на глазах приобняла его, радостно повторив: – Как же приятно! Вы были единственным мальчуганом, на которого не действовала фраза: «Не выйдешь из-за стола, пока не доешь».
Джульетта тоже прослезилась, умиляясь происходящему.
– Я помню твоих родителей. Как они? Живы? – продолжила она, отстранившись от него.
– Живы, – Сергей улыбнулся, чувствуя как теплота, исходящая от этой женщины, проникает в его душу, словно эликсир.
– Анжела Аркадиевна, – вдруг кто-то окрикнул ее. – Можно вас.
Она обернулась.
– Сейчас, иду! – сказала она и обратилась к Сергею, вытирая слезинки под очками: – Я тебя прошу, не уходи, не попрощавшись. Хочу немного отметить нашу встречу. Хорошо?
– Обещаю.
– Вот и ладненько.
Женщина заторопилась к выходу зала и исчезла совсем.
– За такую встречу я бы многое отдала, – Джульетта посмотрела в его глаза, слегка влажные от слез, которые он так и не проронил.
– М-да, неожиданно.
– Ну, пойдем, на этом сюрпризы со знакомством не закончились.
Она снова взяла его за руку и повела за собой. Они подошли к столу, где сидела девочка пяти лет и со скучным видом ковырялась маленькой ложечкой в кусочке торта.
– Кто тут у нас такой недовольный? – произнесла Джульетта с нотками досады в голосе, подсаживаясь на соседний стульчик.
Девочка посмотрела на нее жалостливыми голубыми, как чистое ясное небо глазами, затем обиженно надула губки, скрестив маленькие ручки на груди. Сергей изумленно глянул на нее, не понимая, как мать могла бросить столь прелестное и милое дитя, которое даже в обидчивом состоянии радовало глаз и умиляло душу.
– Ай, как не хорошо. Дядя Сережа специально приехал познакомиться с феей по имени Дина, чтобы она исполнила все его заветные желания, а фея оказывается не фея, а ведьма.
– Да? – бросила она, с любопытством взглянув на гостя, который дружелюбно улыбался. Протянула свою маленькую нежную ручонку. – Здласте, а меня Дина зовут.
Сергей засмеялся.
– Здравствуй, Дина.
Она тоже хихикнула, да так мило, что ему тут же захотелось ее удочерить.
– Вы будете моим папой? – спросила она.
– Ам… Возможно, – ответил Сергей.
