Эстеву на мгновение стало стыдно, ведь он и сам считал оранганцев народом, достойным всех кар.
– Ирди – это же какой-то имперский бог? – уточнил Эстев
– Какой-то?! – возмутился мальчик. – Он – единственный бог! Неверные! А ведь он пожертвовал собой ради этого мира! Даже ради этого города!
Эстев пожал плечами. Мальчик сделал глубокий вдох:
– Все вам надо объяснять… Ну хорошо. Сначала был Бог-Предтеча. Ему было одиноко, он создал себе сыновей и дочерей из собственного тела. В конце концов, его самого осталось так мало, что он стал равным по силе своим сыновьям и дочерям и принял имя Ирди – «начало и конец». Так из отца он стал им братом. Каждый из богов был аспектом Предтечи. Все они были разными и вскоре рассорились между собой и пошли друг на друга войной, поделившись на две армии. Когда они должны были столкнуться, как лед и пламя, небо и твердь, Ирди встал между ними, приняв на себя удар всеразрушительных сил. Он умер, и так возник наш мир. Все в нем Ирди: небо и земля, воздух и вода, каждый человек и букашка… Даже ты – это Ирди.
Он говорил слишком складно для десятилетнего мальчишки. Явно цитировал многократно прочитанную историю, и она, на удивление, показалась Эстеву приятной, хоть и печальной.
– Выходит, ты веришь в мертвого бога? – спросил Соле. – А я верил в бессмертного, что меняет сосуды, Его Благодать.
– Это человек, который однажды объявил себя богом, и все ему поверили, – возразил мальчик, – я верю, что все в этом мире несут в себе бога, даже те, кто мне ненавистен.
Эстев снова удивился. Складывалось впечатление, что перед ним взрослый человек, по иронии судьбы запертый в теле ребенка.
– Как тебя зовут? – спросил он, придвинувшись к мальчику чуть ближе.
– Курт,– ответил тот, не испугавшись этого движения. – Куртуах, но все зовут меня Курт.
– Это оранганское имя?
– Имперское. Мои отец и мать не смогли дать мне оранганское имя. Безумие…
– Тебя воспитывали имперцы?
– Сколько себя помню, – вздохнул Курт, – я всегда жил при доме моих господ. Не всем так везет.
«Это многое объясняет», – подумал Эстев. Он слышал, что имперцы – приверженцы строгого всестороннего образования, и что даже слуги у них вышколенные, словно гильдмастеры.
– Курт, мы не хотим тебе зла, – повторил Эстев. – Тут держим только потому, что ты можешь сбежать и заблудиться в самом темном и страшном районе города, и тебя могут убить…
– Я знаю дорогу.
– Ты прошел по ней всего раз, а город запутанный, – улыбнулся Соле.
– Тебе не понять. Я знаю дорогу… Многое изменилось, новые дома появились на месте старых, но я не заблужусь. Отпустите меня, и я никому не буду жаловаться. Просто вернусь к хозяину, его опасно оставлять одного.
Эстев обескуражено замолчал. Как он может знать дорогу в чужом городе?
– Тебе не понять, – грустно повторил Курт, – откуда я это знаю. Просто знаю и все. Когда-нибудь из-за этого я сойду с ума.
– А Морок сказал, что этого можно избежать, – покачал головой Эстев. – Тебе стоит хотя бы выслушать его, даже если он и кажется тебе ненормальным.
Курт долго молчал, вглядываясь в лицо Соле, а затем сказал:
– Хорошо. Пусть придет, я выслушаю… Но прошу тебя поприсутствовать, – жалобно добавил он.
«Все-таки боится Морока, – подумал Эстев. – Немудрено».
Вожак порадовался переменам в поведении мальчика и захотел поговорить с ним как можно скорее. С большим трудом Эстев уговорил его выждать немного времени. Удивительно, как этот хладнокровный и рассудительный мужчина терял все свое благоразумие, когда дело касалось этого мальчишки.
Второй разговор с Куртом произошел уже в присутствии Морока.
– Вы уже знаете, как меня зовут, – бледный указал на себя, – а я знаю, как зовут вас. Благодарю, что согласились поговорить со мной. Я слышал, что вас уже пытались исцелить…
– И меня, и всех мне подобных, – отозвался оранганец, – но все без толку. Просто однажды ты перестаешь осознавать себя и полностью становишься рабом видений.
– Это невозможно вылечить – покачал головой Морок. – Это можно только контролировать, приручить. Это называется «эрнеих». Генетическая память.
– Что? – переспросил мальчик.
– Память крови, – поправился Морок. – Эрнеих – разум всех твоих прямых предков. Их воспоминания, мысли и чувства, огромный источник знаний. Эрнеих редкая, но присущая всем оранганцам сила. Вы были созданы…
– …чтобы разделить бесконечную сущность Владеющего Равновесием…
Эстев вжался в стену. Кто такой Владеющий Равновесием и почему у Курта такой пустой взгляд, поддернутый пеленой слепоты?
– Да! – кивнул Морок. – Сущность его была столь огромна, что грозила разорвать время и пространство. Тогда-то и создали вас, в каждом он рассеялся, распределив колоссальный заряд энергии… В каждом из вас течет его кровь, живет его разум… Все еще…
Сложно было описать лицо Морока. Казалось, что он сейчас заплачет, так блестели его обычно равнодушные глаза.
– Я…знаю, – все с таким же отсутствующим видом прошептал Курт. – Он… Владеющий Равновесием… Дракон, Охраняющий Мир… Фрейсодас…
