«Ничтожный раб! Жалкая тварь, не стоящая даже тех объедков, которыми тебя кормят! Лучше бы ты умер, пусть твоя порция достанется другому рабу, получше тебя!»
Зарек взревел, как дикий зверь, не в силах больше сдерживать ярость. Боль его выплеснулась наружу. Из камина, едва не задев Сашу, вырвался столб пламени; электрические лампочки начали взрываться одна за другой, картины падали со стен.
Зарек почти не замечал, что происходит вокруг. Единственное, чего он хотел, — чтобы боль прекратилась.
Астрид взвизгнула, услышав грохот.
«Саша! Что происходит?»
«Этот ублюдок меня чуть не убил!»
«Как?»
«Едва не поджег мне задницу своим телекинезом. О-о-о, мой бедный хвост! Он, похоже, окончательно свихнулся — крушит все вокруг!»
— Зарек!
Все вокруг нее гремело, тряслось и рушилось — казалось, сам дом вот-вот развалится на части.
— Зарек!
Грохот внезапно смолк. Воцарилась тишина.
Теперь Астрид слышала лишь оглушительный стук собственного сердца.
«Что происходит?» — снова спросила она Сашу.
«Не знаю. Все лампочки взорвались, камин потух — темно, как в колодце. Я ничего не вижу».
— Зарек! — снова позвала она.
Снова тишина. Ужас ее удвоился. Она осталась без защиты — сейчас Зареку ничего не стоит ее убить!
Или сделать с ней все, что захочет.
— Зачем ты меня спасла?
Она подпрыгнула, когда голос его раздался прямо у нее над ухом. Зарек был так близко, что она ощущала тепло его дыхания.
— Ты был ранен.
— Как ты узнала, что я ранен?
— Поняла, когда втащила тебя внутрь. Сначала… сначала я подумала, что ты просто пьян.
— Одинокая женщина, еще и слепая, приводит домой незнакомца. Абсолютно идиотский поступок. А на идиотку ты не похожа.
Астрид сглотнула. Зарек оказался намного сообразительнее, чем она думала!
И куда страшнее.
— Так почему я здесь? — требовательно спросил он.
— Я же объяснила.
Он поднялся так резко, что тяжелый диван скрипнул, проехавшись по паркету. Теперь Зарек стоял к Астрид лицом. Наклонился, заставив ее отпрянуть и вжаться в спинку дивана. Она дрожала, остро ощущая его присутствие.
— Как я попал в дом?
— Я тебя втащила.
— Одна?
— Конечно!
— По-моему, тебе на это сил не хватит. Астрид ахнула от ужаса. К чему он клонит?
Что хочет с ней сделать?
— Я сильнее, чем кажусь.
— Докажи! — Он схватил ее за руки. Несколько секунд Астрид боролась с его хваткой.
— Отпусти меня!
— Почему? Тебе не нравится, когда я тебя трогаю? Я тебе противен?
За спиной громко, предостерегающе зарычал Саша.
Астрид перестала сопротивляться и устремила взгляд туда, где, по ее представлениям, находилось его лицо.
— Зарек, — спокойно и твердо сказала она, — мне больно. Отпусти меня.
К ее удивлению, он послушался. Даже отступил на шаг назад. Но все равно оставался совсем рядом — она физически ощущала его близость.
— Я дам тебе хороший совет, принцесса, — пророкотал он ей в самое ухо. — Держись от меня подальше!
И исчез.
«Все, он виновен! — прорычал у нее в голове Саша. — Выноси приговор!»
Но Астрид не могла так поступить. Пока — нет. Да, Зарек ее напугал. Да, он ведет себя как опасный сумасшедший. И вызывает ужас.
Но он не сделал ей ничего дурного. Только напугал, а это не то, за что можно приговорить человека к смерти.
Хотя теперь она ясно представляла себе, как однажды ночью он потерял рассудок и перебил целую деревню, которую должен был охранять.
Что, если то же произойдет и сейчас?
Она бессмертна; убить ее по-настоящему он не может. Но может сделать больно. Очень больно.
Многие Судьи на ее месте не стали бы медлить с решением. То, что произошло за эту ночь, они сочли бы достаточным основанием для приговора. Сама Астрид чувствовала большое искушение поступить так же. Но не могла. Пока — нет.
«С тобой все в порядке?» — поинтересовался Саша, обеспокоенный ее молчанием.
«Да».
Но это было не так — и, кажется, Саша это чувствовал. Астрид была напугана, как никогда в жизни.
Много столетий она судила и выносила приговоры. Бесчисленные преступники и преступницы проходили перед ней — богохульники, предатели, убийцы.
И никто из них ее не пугал. Не вызывал желания бросить все и бежать к сестрам за защитой.
Это удалось только Зареку.
В нем ясно ощущалось безумие. Что-то больное и опасное. Но и к этому Астрид было не привыкать: среди ее подсудимых не раз встречались психопаты, за масками благородных героев прячущие ледяное сердце и черную, злобную душу.
Зарек таким не был.
Он не скрывал свою ярость — он дал ей выплеснуться, мощно и разрушительно.
И все же — ее он не тронул.
Только постарался напугать. Дать понять, что он опасен, чтобы она держалась от него подальше.
Что все это значит?
Ей вспомнились слова Ашерона: «…слушай свое сердце».
Что творится в сердце у Зарека?
Глубоко вздохнув, Астрид постаралась «нащупать» Зарека своим шестым чувством.
И, как и в прошлый раз, не смогла его найти. Как будто он так привык скрываться, что теперь не отражался ни на одном радаре. Даже на усовершенствованном радаре Судьи.
«Где он?» — спросила она у Саши.
«Где-то в комнате, скорее всего».
«А ты?»
Саша подошел и сел у ее ног.
«Артемида права. Этот парень — угроза всему человечеству. Что-то с ним не так».
Астрид задумчиво почесала его за ухом.
