Танец с драконами полностью

Вот подходящее ремесло для моей милой сестрицы, замечтался Тирион. Она бы премило смотрелась с маленькой лопаткой и мухами, вытатуированными на ее нежных розовых щечках.

К тому времени они двигались со скоростью черепахи. Дорога вдоль реки была забита народом, почти все следовали на юг. Поток подхватил рыцаря, словно река — бревно. Тирион глазел на прохожих. Девять человек из десяти имели отметины рабов на щеках.

— Столько рабов… куда они все идут?

— На закате красные жрецы зажигают ночные костры. Будет говорить Верховный Жрец. Я предпочел бы другую дорогу, но добраться до Длинного Моста можно только минуя красный храм.

Спустя три квартала улица вывела их на огромную площадь, освещенную факелами, посреди нее стоял он. Храни меня Семеро, да этот храм в три раза больше Великой Септы Бейелора. Чудовищное переплетение столбов, лестниц, опор, мостов, куполов и башен производило такое впечатление, будто все они были вытесаны из одной глыбы колоссальных размеров; Храм Владыки Света возвышался подобно холму Эйегона. Сотни оттенков красного, желтого, золотистого и оранжевого соприкасались и сливались в единое целое на стенах храма, перетекая из одного цвета в другой как облака на заходе солнца. Его стройные башни сплетались в высоте, словно застывшие языки пламени, танцующие в небе. Огонь, превращенный в камень. Верховный Жрец, окруженный огромными ночными кострами, разведенными у ступеней храма, начал свою речь.

Бенерро. Жрец стоял на вершине красной каменной колонны, соединенной узким каменным мостиком с величественной террасой, на которой замерли жрецы рангом поменьше и прислужники. Прислужники облачились в бледно-желтые и ярко-оранжевые одеяния, а жрецы и жрицы — в огненно-красные.

Огромная площадь перед ними была заполнена людьми, стоящими почти вплотную друг к другу. Многие последователи носили красные повязки на рукавах или головах. Все, кроме них, смотрели только на верховного жреца.

— Дорогу, — прорычал рыцарь, и его лошадь врезалась в толпу. — Прочь с дороги! — Волантийцы неохотно расступались, провожая путников ругательствами и злыми взглядами.

Бенерро умело владел своим высоким голосом. Он был рослый и худой, с молочного цвета кожей и вытянутым лицом. Языки пламени, вытатуированные на его щеках, подбородке и бритой голове, образовывали ярко-красную маску, которая расщеплялась у глаз, спускалась вниз и обвивалась вокруг безгубого рта.

— Это татуировка раба? — спросил Тирион.

Рыцарь кивнул:

— Красный храм покупает их детьми и делает жрецами, храмовыми проститутками или воинами. Посмотри туда, — он указал на ступени, где виднелся ряд мужчин в богато украшенных доспехах и оранжевых плащах. Они стояли у дверей в здание, сжимая копья с наконечниками в форме пляшущих огней. — Огненная Рука. Священные солдаты Владыки Света, защитники храма.

Огненные рыцари.

— А сколько пальцев на этой руке, скажи на милость?

— Всегда тысяча. Ни больше, ни меньше. Вместо каждого погасшего огня зажигают новый.

Бенерро указал пальцем на луну, сжал ладонь в кулак и широко раскинул руки. Когда его голос достиг пика, из пальцев со свистом вырвались языки пламени, толпа изумленно ахнула. Жрец начал чертить огненные символы. Валирийские письмена. Тирион узнал только два знака из десяти: Гибель и Тьма.

Толпа разразилась криками: женщины рыдали, мужчины потрясали кулаками. Что-то мне все это не нравится. В его памяти всплыл день отплытия Мирцеллы в Дорн и мятеж, вспыхнувший на обратном пути из гавани в Красный Замок.

Ему пришли на ум слова Халдона Полумейстера о возможности использовать красного жреца с выгодой для Юного Грифа. Теперь, когда он сам увидел и услышал этого человека, — идея показалась ему крайне неудачной. Он надеялся, что у Грифа окажется больше здравого смысла. Некоторые друзья бывают опаснее врагов. Но лорду Коннингтону придется разбираться в этом самому. Похоже, я очень скоро стану головой на пике.

Жрец указал на Черную Стену позади храма, ткнув пальцем в ее парапеты, откуда глядела вниз горстка вооруженных охранников.

— Что он говорит? — спросил Тирион у рыцаря.

— Что Дейенерис в беде. Темное око направило на нее свой взор, а приспешники ночи замышляют уничтожить ее… молятся своим фальшивым богам в храмах обмана… плетут заговоры против нее вместе с безбожниками из дальних стран…