Появился хозяин с дубиной. Обнаружив разбитый кувшин, он выругался и потребовал объяснений.
— Битва карликов, — ответил ему с усмешкой тирошиец с фиолетовой бородой.
Тирион посмотрел вверх на трепыхающуюся в воздухе девушку:
— За что? — возмутился он. — Что я тебе сделал?
— Они убили его, — вся ярость вырвалась из нее при этих словах, и она вяло повисла в руках Мормонта, а глаза ее наполнились слезами. — Мой брат. Они его забрали и убили.
— Кто его убил? — спросил Мормонт.
— Моряки. Моряки из Семи Королевств. Их было пятеро, пьяных. Они увидели наш «рыцарский поединок» на площади и проследили за нами. Когда поняли, что я девушка, меня отпустили, но моего брата забрали и убили. И они отрезали ему голову.
Тирион потрясенно уставился на нее, узнавая.
— Ты скакала на свинье, — спросил он, — или на собаке?
— На собаке, — прорыдала она, — Оппо ездил на свинье.
— Отпусти ее, — сказал он сиру Джораху Мормонту, — она больше не причинит нам вреда.
Сир Джорах поставил карлицу на пол:
— Мне жаль твоего брата… но мы не имеем отношения к его убийству.
— Он имеет, — девушка упала на колени, прижимая разорванную, залитую вином тунику к маленькой бледной груди. — Они искали
Хозяин грубо схватил ее за руку и рывком поставил на ноги, крича по-волантийски, и требуя ответить, кто заплатит за нанесенный ущерб.
Портовая вдова одарила Мормонта неприветливым взглядом:
— А еще говорят, что рыцари оберегают слабых и защищают невинных… Ну, а я тогда самая прекрасная дева во всем Волантисе, — ее смех был полон презрения. — Как тебя зовут, дитя? — обратилась она к девушке.
— Пенни.
Старуха окликнула хозяина на языке Старого Волантиса. Познаний Тириона хватило, чтобы понять — она велела отвести карлицу в свои комнаты, дать ей вина и найти какую-нибудь одежду.
Когда они ушли, вдова изучающе посмотрела на Тириона блестящими черными глазами:
— Мне кажется, чудовища должны быть покрупнее. В Вестеросе за тебя дают титул лорда, человечек. Здесь, боюсь, ты стоишь несколько меньше. Но думаю, что лучше мне все-таки помочь тебе. Похоже, Волантис стал небезопасным местом для карликов.
— Вы слишком добры, — Тирион подарил ей свою сладчайшую улыбку. — Может быть, вы еще и снимете эти очаровательные железные браслеты? У этого монстрика всего лишь половина носа, и она жутко свербит. А цепи слишком коротки, чтоб я мог почесаться. Они станут моим подарком для вас.
— Какая щедрость! Но я носила железо в свое время и теперь поняла, что предпочитаю золото и серебро. И мне очень жаль, но это Волантис, где оковы и цепи дешевле, чем хлеб насущный, а помогать рабам бежать запрещено.
— Я ведь не раб.
— Каждый человек, схваченный работорговцами, исполняет одну и ту же грустную песню. Я не смею помочь тебе… здесь, — она наклонилась вперед. — Через два дня когг «Селаэсори Кхоран» отплывает в Кварт через Новый Гис. Он повезет груз: олово и железо, тюки шерсти и кружев, пятьдесят мирийских ковров, труп в бочке с морской водой, двадцать кувшинов драконьего перца, и одного красного жреца. Будь на корабле, когда он поднимет якорь.
— Мы будем, — пообещал Тирион. — И спасибо вам.
Сир Джорах нахмурился:
— Нам нужно не в Кварт.
— Корабль не достигнет Кварта. Бенерро видел это в своем пламени, — старуха хитро улыбнулась.
— Как скажете, — ухмыльнулся в ответ Тирион. — Если бы я был волантийцем, свободным и благородной крови, я проголосовал бы за вас на выборах триарха, миледи.
— Я не леди, — сказала вдова, — я просто шлюха Вогарро. Вам нужно уходить отсюда, пока не пришли тигры. И если вы доберетесь до своей королевы, передайте ей весточку от рабов Старого Волантиса, — она коснулась старого шрама на сморщенной щеке, там, где были срезаны слезы. — Скажите, что мы ждем. И пусть приходит скорее.
Джон
Услышав приказ, сир Аллисер скривил рот в подобие улыбки, но его глаза оставались холодными и непроницаемыми, словно камень.
— Значит, мальчишка-бастард посылает меня на смерть.
—