Танец с драконами полностью

Эддард Старк поднял голову и окинул чардрево долгим взглядом, хмурясь, но не произнес ни слова. Он меня не видит, в отчаянии понял Бран. Ему хотелось протянуть руку и дотронуться до отца, но он мог лишь наблюдать и слушать. Я в дереве. Я внутри сердцедрева, гляжу из его красных глаз, но чардрево не может говорить, не могу и я.

Эддард Старк возобновил молитву. Бран почувствовал, как глаза наполнились слезами. Но его ли это слезы, или же чардрева? Если я заплачу, выступят ли слезы на дереве?

Остальные слова отца были заглушены внезапным стуком дерева по дереву. Эддард Старк растворился, как туман на утреннем солнце. Теперь в богороще плясали двое детей, ухая друг на друга, пока бились сломанными ветками. Девочка была постарше и повыше. Арья! с жаром подумал Бран, наблюдая, как она вскочила на камень и наносила удары по мальчику. Но этого не могло быть. Если девочка — это Арья, то мальчик — сам Бран, но у него никогда не было таких длинных волос. И Арья никогда не била меня так, сражаясь на мечах, как эта девочка дубасила его. Она ударила мальчика по бедру так сильно, что нога ушла из-под него, он упал в пруд и стал барахтаться и кричать.

— Молчи, дурак, — сказала девочка, отбросив свою ветку в сторону. — Это просто вода. Хочешь, чтобы Старая Нэн услышала и пошла к отцу?

Она опустилась на колени и потянула брата из воды, но прежде чем успела его вытащить, оба они исчезли.

После этого видения мелькали все быстрее и быстрее, пока Бран не почувствовал себя разбитым и у него не закружилась голова. Он больше не видел ни своего отца, ни девочки, похожей на Арью. Но из черного пруда появилась беременная женщина, голая и мокрая, она опустилась на колени перед деревом и просила старых богов о сыне, который отомстит за нее. Затем возникла стройная как копье русоволосая девушка, которая встала на цыпочки, чтобы поцеловать в губы молодого рыцаря, такого же высокого, как Ходор. Темноглазый юнец, бледный и злой, сломал три ветви с чардрева и обстругал их в стрелы. Само дерево сжималось, с каждым видением становясь все меньше и меньше, в то время как маленькие деревья превратились в саженцы и исчезли, только чтобы на смену им пришли другие деревьями, которые уменьшились и исчезли в свою очередь. И теперь Бран смотрел на высоких и суровых лордов, строгих мужчин в мехах и кольчугах. Лица некоторых он помнил по статуям в склепах, но они исчезли раньше, чем он смог их опознать.

Затем, как он видел, бородатый мужчина заставил пленника стать на колени перед сердцедревом. Женщина с белыми волосами вышла к ним через груды темно-красных листьев с бронзовым серпом в руке

"Нет, — сказал Бран. — Нет, не надо", но, как и отец, они его не слышали. Женщина схватила пленника за волосы, приставила серп к горлу и полоснула. Сквозь мглу веков сломанный мальчик увидел только, как ноги человека били по земле… и когда жизнь хлынула из него красным потоком, Брандон Старк ощутил вкус крови.

Солнце выглянуло около полудня после семи дней пасмурного неба и снежной метели. Местами сугробы выросли выше человеческого роста, но стюарды работали лопатами весь день, и дороги расчистили, насколько это было возможным. Стена мерцала отблесками, все ее трещины и неровности переливались бледно-голубым цветом.

Джон смотрел на Зачарованный лес с высоты семисот футов. Северный ветер кружился меж деревьями внизу и срывал с самых высоких ветвей длинные белые языки снега, слетавшие вниз словно ледяные флаги. Больше ничего не двигалось. Никаких признаков жизни. Это не очень успокаивало: не живых существ он боялся. Но тем не менее…

Вышло солнце, и снегопад прекратился. Возможно, другой такой хороший шанс нам представится не раньше, чем сменится луна. Или пройдет зима.

— Пусть Эммет соберет своих рекрутов, — сказал он Скорбному Эдду. — Нам понадобится сопровождение. Десять разведчиков, вооруженных драконовым стеклом. Выступаем через час.

— Слушаюсь, м'лорд. Кто их возглавит?

— Я сам.

Рот Эдда скривился даже сильнее обычного:

— Кое-кто мог бы подумать, что лорду-командующему лучше остаться в тепле и безопасности к югу от Стены. Конечно, я сам так не думаю, но кое-кто мог бы.

Джон улыбнулся:

— Кое-кому лучше не говорить этого в моем присутствии.

Плащ Эдда шумно захлопал от внезапного порыва ветра.

— Лучше спуститься, милорд. Этот ветер того и гляди спихнет нас со Стены, а я так и не обучился искусству полета.