Танец с драконами полностью

— Тормунд, — сказал Джон, наблюдая, как четыре старухи тащили воз с детьми к воротам, — расскажи мне о наших врагах. Я хотел бы знать об Иных все, что можно.

Одичалый потер рот.

— Не здесь, — пробормотал он, — не по эту сторону от вашей Стены, — старик тревожно взглянул в сторону деревьев, укутанных в белые мантии. — Понимаешь, они всегда близко. Они не показываются днем, когда на небе светит солнце, но не думай — это не значит, что они ушли. Тени никогда не уходят. Может, ты их и не видишь, но они всегда идут за тобой по пятам.

— Вы сталкивались с ними по пути на юг?

— Они никогда не нападали, если ты это имеешь в виду, но все же они были с нами, отгрызая по кусочку с краев. Мы потеряли больше передовых, чем мне хотелось бы думать, а отстать или сбиться с пути означало расстаться с жизнью. Каждый раз с наступлением сумерек мы окружали наши лагеря кострами. Они не особо любят огонь, это уж точно. Но когда пошел снег… снег, град и ледяной дождь, то нелегко стало найти сухое дерево или разжечь щепки, и холод … иногда по ночам огонь как будто съеживался и умирал. Наутро после такой ночи всегда найдешь нескольких мертвецов. Если они не найдут тебя первыми. В ночь, когда Торвинд… мой мальчик, он… — Тормунд отвернулся.

— Я знаю, — сказал Джон Сноу.

Тормунд снова повернулся к нему:

— Ты ничего не знаешь. Да, ты убил мертвеца, я слышал. Манс убил сотню. Человек может сражаться с мертвецами, но когда приходят их создатели, когда поднимается белый туман… как бороться с туманом , ворона? Тени с зубами… воздух такой холодный, что больно дышать, как будто нож в груди… ты не знаешь, ты не можешь знать… может ли твой меч резать холод ?

Посмотрим, подумал Джон, вспоминая о том, что Сэм нашел в старых книгах. Длинный Коготь выковали в огнях Старой Валирии, закалили в пламени дракона и оправили заклинаниями. Драконья сталь, так назвал ее Сэм. Прочнее любой обычной стали, легче, крепче, острее… Но одно дело — слова в книге. Настоящая проверка состоится во время сражения.

— Ты прав, — сказал Джон, — я не знаю. И если боги будут добры, я никогда не узнаю.

— Боги редко бывают добры, Джон Сноу, — Тормунд кивнул на небо. — Тучи сгущаются. Уже темнеет и становится холодней. Ваша Стена больше не плачет, посмотри. — Он повернулся и крикнул сыну Тореггу: — Езжай в лагерь и скажи, чтобы поторапливались. Больные и слабые, лентяи и трусы, пусть пошевеливаются. Если понадобится, подожги их проклятые палатки. С приходом темноты ворота должны закрыть. Любой, кто к тому моменту не пройдет за Стену, пусть начинает молиться, чтобы Иные добрались до него раньше меня. Понял?

— Понял, — Торрег пришпорил коня и галопом помчался в конец колонны.

А одичалые все шли и шли. Как и сказал Тормунд, начало темнеть. Облака затянули все небо, и тепло ушло. В воротах поднялась суета — люди, козлы и волы отпихивали друг друга с дороги. Это не нетерпение, понял Джон. Они напуганы. Воины, копьеносицы, налетчики — все они боятся лесов и теней, движущихся меж деревьев. Они хотят отгородиться от них Стеной до наступления ночи.

В воздухе закружилась снежинка. Потом другая. Потанцуй со мной, Джон Сноу, подумал он. Как-нибудь ты потанцуешь со мной.

Одичалые все шли, шли и шли. Некоторые двигались быстрее, торопясь пройти через поле сражения. Другие — старые, молодые, слабые — едва передвигали ноги. Этим утром поле было покрыто толстым одеялом старого снега, белая корка которого сияла на солнце. Теперь поле стало коричневым, черным и склизким. Прохождение вольного народа превратило землю в грязь и жижу: деревянные колеса и лошадиные копыта, полозья из рогов, костей и железа, тяжелые сапоги, раздвоенные копыта коров, волов и свиней, голые черные ступни Рогоногих — все оставляло следы. Рыхлая почва еще сильнее замедляла колонну.

— Вам нужны ворота побольше, — снова пожаловался Тормунд.

К концу дня снег уже шел не переставая, но поток одичалых уменьшился до ручейка. Столбы дыма поднимались из-за деревьев, оттуда, где располагался лагерь.

— Торегг, — объяснил Тормунд. — Сжигают мертвых. Всегда есть те, кто ложатся спать и уже не просыпаются. Их находят в палатках, скрюченными и замерзшими. Торегг знает, что делать.

Когда из леса появился Торегг, ручеек одичалых превратился в небольшую струйку. С ним ехала дюжина конных воинов, вооруженных копьями и мечами.

— Мой арьергард, — сказал Тормунд с щербатой улыбкой. — У вас, ворон, есть разведчики, у нас тоже. Я оставил их в лагере на случай, если нас атакуют до того, как все уйдут.

— Твои лучшие люди.

— Или худшие. Каждый из них убил ворону.