– Парень, будучи Железным, счел за лучшее не высовываться, – продолжал Гловер, – но слушал внимательно. Эти шестеро недолго задержались в разрушенном замке: четверо ушли в одну сторону, двое в другую. За этими двумя, за женщиной с мальчиком, и пошел Векс. Должно быть, он держался с подветренной стороны, поскольку волк его не учуял.
– Он знает, где их искать, – добавил лорд Виман.
– Вам нужен этот мальчик, – сообразил Давос.
– Раз у Русе Болтона есть дочь лорда Эддарда, Белая Гавань должна заполучить его сына… и лютоволка. Волк докажет, что мальчик на самом деле сын Неда, если Дредфорт будет это оспаривать. Такова моя цена, лорд Давос. Привезите мне моего сюзерена, и я признаю Станниса Баратеона своим королем.
Давос по старой привычке взялся за грудь, где некогда прятал ладанку с костями от своих пальцев. Сейчас пропавшие талисманы очень бы пригодились ему.
– У вас на службе состоят рыцари, лорды и мейстеры, – сказал он. – Зачем вам контрабандист? И корабли у вас тоже есть.
– Корабли-то есть, да люди на них – либо речники, либо рыбаки, дальше Укуса никогда не ходившие. Для такого дела мне нужен опытный моряк, побывавший в опасных водах и переделках.
– Где же он, ваш мальчик? – Давос предчувствовал, что ответ ему не понравится. – Куда милорд хочет меня послать?
– Покажи ему, Векс, – сказал Гловер.
Немой, еще раз подкинув и поймав кинжал, метнул его в висящую на стене карту и усмехнулся.
Давосу вдруг очень захотелось назад в Волчье Логово, к сиру Бартимусу с его рассказами и Гарту с его славными девочками. Лучше бы его день-деньской кормили овсянкой, чем к людоедам на съедение посылать.
Каждое утро королева, поднявшись на западный парапет, пересчитывала паруса в заливе. Сегодня вместе с теми, что мелькали на горизонте, их было двадцать пять. Она, конечно, могла ошибиться, пропустить один из них, а другой сосчитать дважды, но что за важность. Душителю и десяти пальцев довольно. Всякая торговля прекратилась, рыбаки боятся выходить в море. Самые смелые еще закидывают удочки в реку, хотя и это рискованно, но большинство лодок так и стоит на приколе под пестрыми стенами Миэрина.
Там, в заливе, есть и миэринские корабли, как торговые, так и военные. Капитаны увели их, когда войско Дени подошло к городу, а теперь привели назад, на подмогу флотам Кварта, Толоса и Нового Гиса.
Адмиральский совет не предложил ничего мало-мальски путного.
– Покажите им ваших драконов, – сказал Гролео. – Если юнкайцев поджарить, торговля мигом возобновится.
– Нас душит неприятельский флот, а вы толкуете о драконах, – ответила Дени. – Вы адмирал или нет?
– Адмирал без кораблей.
– Так постройте их.
– Корабли из кирпича не построишь, а весь лес в окружности двадцати лиг рабовладельцы сожгли.
– Значит, поезжайте за двадцать две лиги. Я дам вам рабочих, повозки, мулов – все, что потребуется.
– Я моряк, а не кораблестроитель. Меня послали доставить ваше величество в Пентос, а вы привели нас сюда и разобрали мой «Садулеон» на доски и гвозди. Больше уж такого корабля у меня не будет, и ни дома, ни старухи своей мне не видать. Не я отказался от кораблей, предложенных Даксосом, а на рыбачьих лодках с Квартом сражаться нельзя.
Дени начинала задумываться, не следует ли внести седого пентошийца в число ее трех изменников – но нет, он просто старик, утративший надежду когда-либо вернуться на родину.
– Должен же быть какой-нибудь выход.
– Я уже назвал вам его. Из чего сделаны корабли? Из канатов, смолы, парусины. Из квохорской сосны, соторосского тика, норвосского дуба, тиса, ясеня, ели. Все это хорошо горит, и драконы…
– Вы опять за свое. Оставьте меня и просите своих пентошийских богов о буре.
– Ни один моряк не станет молить о шторме, ваше величество.
– Я устала слушать о том, чего вы не желаете делать. Ступайте.
– Запасов у нас вдоволь, – напомнил ей сир Барристан. – Ваше величество изволили посеять пшеницу, посадить бобы, возродить виноградники. Ваши дотракийцы очистили холмы от рабовладельцев и освободили рабов. Когда поспеет тамошний урожай, его привезут в Миэрин. И с Лхазарином вы теперь в дружбе.
Ее завязал Даарио, чего бы эта дружба ни стоила.
– Жаль, что у ягнят нет зубов.
– Да… это заставило бы волков призадуматься.
Дени посмеялась и спросила:
– Как там ваши сиротки, сир?
– Благодарю за вопрос, ваше величество, – улыбнулся старый рыцарь – он гордился своими мальчиками. – Из четверых-пятерых рыцари определенно получатся. Может, и дюжина наберется.
– Довольно и одного, лишь бы на вас был похож. – Скоро настанет время, когда каждый рыцарь будет у нее на счету. – Не хотите ли устроить турнир? Я бы с удовольствием посмотрела. – Визерис рассказывал ей о турнирах в Семи Королевствах, но сама Дени такого зрелища ни разу не видела.
– Они еще не готовы, ваше величество, но вскорости мы будем рады себя показать.
– Скорее бы. – Дени хотела поцеловать старого рыцаря, но тут вошла Миссандея.
– Скахаз просит принять его, ваше величество.
– Хорошо, пусть поднимется.
Лысого сопровождали двое Бронзовых Бестий в масках ястреба и шакала – одни только глаза и видны.
