– Это отец придумал. Он и первую свинью натаскал, да занедужил, и вместо него на нее сел Оппо. Я всегда ездила на собаке. Морской Начальник в Браавосе хохотал до упаду и щедро нас одарил.
– Там и нашла вас моя сестра? В Браавосе?
– Сестра? – не поняла Пенни.
– Королева Серсея.
– Не она, это был мужчина. Осмунд, не то Освальд. Я его не видела, договаривался обо всем Оппо. Брат всегда знал, что делать и куда ехать.
– Мы сейчас едем в Миэрин.
– Да нет же, в Кварт. Через Новый Гис.
– Нет. В Миэрин. Вот прокатишься на собаке перед королевой драконов, и она отсыплет тебе золота, сколько ты сама весишь. Ешь побольше, чтобы к тому времени округлиться.
– Одна я только и могу, что ездить по кругу, – не приняла шутки Пенни. – Может, я и насмешу королеву, а что потом? Мы подолгу нигде не задерживались. Публика сначала хохочет, но на четвертый или пятый раз она уже все знает заранее, и приходится ехать дальше. Зарабатывать лучше в больших городах, но мне больше нравятся маленькие. Люди там бедные, зато нас сажают за стол, и детишки к нам так и липнут.
«Потому что в таких городишках карликов сроду не видывали. Там липли бы и к двухголовой козе, прежде чем зарезать ее на ужин». Тирион, однако, не хотел снова доводить Пенни до слез.
– У Дейенерис доброе сердце и щедрые руки, – сказал он. – Она непременно оставит тебя при дворе – моей сестры там можно не опасаться.
– Ты тоже там будешь? – спросила Пенни.
«Если только королева не пожелает заплатить кровью Ланнистера за кровь Таргариена, пролитую Джейме».
– Ну да.
После этого Пенни стала чаще показываться на палубе. Назавтра Тирион встретил ее там вместе с пятнистой хрюшкой. Море успокоилось, день был теплый.
– Ее зовут Милка, – застенчиво поведала девушка.
Одна Милка, другая Пенни – что ж тут поделаешь. Пенни дала Тириону желудей, чтобы он покормил хрюшку с руки. «Вижу я, куда ты метишь», – думал он под довольное похрюкивание Милки.
Вскоре они и ужинать стали вместе – иногда вдвоем, иногда с охраной Мокорро. Пять перстов Огненной Руки Тирион нарек пальчиками, и Пенни посмеялась, что с ней бывало нечасто: рана еще не затянулась, горе не прошло.
Корабль она вслед за ним стала называть «Вонючим стюардом», но сердилась, когда он звал Милку Сальцем. В искупление он стал обучать ее кайвассе, однако это оказалось безнадежной затеей.
– Нет, – твердил он в десятый раз, – дракон летает, а не слоны.
В ту же ночь она напрямик спросила, не хочет ли он с ней сразиться.
– Нет, – отрезал он. Позже ему пришло в голову, что она, возможно, имела в виду не потешный турнир, а нечто другое. Он в любом случае ответил бы «нет», но, может быть, не столь резко.
Несколько часов он проворочался в своем гамаке, то засыпая, то просыпаясь. Во сне ему виделись серые руки, тянувшиеся из тумана, и ведущая к отцу лестница.
В конце концов он встал и вышел подышать воздухом. «Селасори кхорун» спустил на ночь свой полосатый парус, палуба опустела. На юте нес вахту один из помощников, у жаровни, где еще тлели угли, сидел Мокорро.
На западе виднелась горсточка звезд, самых ярких. Все остальное небо занимало кровавое зарево, и такой огромной луны Тирион никогда еще не видал. Она раздулась так, точно проглотила солнце и ее снедала горячка. В море рядом с кораблем покачивалась другая такая же.
– Который час? – спросил Тирион жреца. – Солнцу еще рано всходить, да и не в той стороне оно всходит. Почему небо красное?
– Небо над Валирией всегда красное, Хугор Хилл.
По спине Тириона пробежал холодок.
– Неужто мы подошли так близко?
– Ближе, чем хотелось бы морякам. У вас в Закатных Королевствах тоже ходят такие байки?
– Я слышал, что всякого, кто видел этот берег, постигнет несчастье. – Сам он в это не верил, его дядя тоже. Герион Ланнистер отплыл в Валирию, когда Тириону исполнилось восемнадцать. Его целью было отыскать фамильный меч дома Ланнистеров и другие сокровища, пережившие Роковой День. Тирион очень хотел отправиться туда вместе с ним, но лорд-отец объявил путешествие дурацкой фантазией и не позволил ему.
Правильно сделал, что не позволил. Герион, отплыв из Ланниспорта на «Смеющемся льве» лет десять назад, домой так и не вернулся. Люди, отправленные лордом Тайвином на его поиски, проследили корабль до Волантиса. Там половина команды разбежалась, и Гериону пришлось покупать рабов – ни один свободный человек не взойдет на корабль, капитан которого открыто заявляет о своем намерении идти в Дымное море.
– Значит, это Четырнадцать Огней отражаются там, на небе?
– Четырнадцать или четырнадцать тысяч – кто бы посмел считать их? Не следует смертным заглядываться на эти огни, мой друг. Они зажжены божьим гневом, человеку таких не зажечь.
