– На дне морском водяные с русалками едят суп из морских звезд, а прислуживают им крабы, – рассказывал Пестряк. – Я знаю, уж я-то знаю.
– Этот дурак опасен, – помрачнела жрица. – Я много раз видела его в пламени: вокруг него черепа, и его губы красны от крови.
Странно, что она еще не сожгла беднягу живьем – стоило лишь шепнуть словечко на ухо королеве.
– Дурака вы видите, а Станниса нет?
– Я ищу его, но вижу только снег… вьюгу.
Все те же пустые слова. Клидас отправил в Темнолесье ворона с известием, что Арнольф Карстарк – изменник, но кто знает, долетела ли птица до короля. Браавосский банкир тоже отправился на поиски Станниса с проводниками, которых дал ему Джон, но найти короля, учитывая войну и непогоду, ему поможет разве что чудо.
– Если бы король умер, вы бы узнали? – спросил Джон.
– Он жив. Станнис – избранник Бога, которому суждено возглавить борьбу света с тьмой. Я видела это в пламени, читала в древнем пророчестве. Когда придет кровавая звезда и сгустится мрак, Азор Ахаи возродится вновь среди дыма и соли, чтобы вызвать драконов из камня. Драконий Камень, дым, соль – все сходится.
Джон все это уже слышал.
– Станнис Баратеон был лордом Драконьего Камня, но родился не на нем, а в Штормовом Пределе, как и два его брата. А о Мансе что скажете? Он тоже пропал?
– Боюсь, что так. Та же вьюга.
Джон знал, что на юге в самом деле бушует буря – говорят, Королевский тракт в двух днях езды совсем замело. Мелисандре это, впрочем, тоже известно. А на востоке, в Тюленьем заливе, свирепствует шторм, и сборная флотилия, собиравшая вывезти вольный народ из Сурового Дома, так и не вышла из порта.
– Угольки мельтешат в дымоходе, вот вам и вьюга.
– Я каждый раз вижу черепа и ваше лицо. Опасность, против которой я вас остерегала, подошла совсем близко.
– Кинжалы во тьме. Я помню. Простите, что сомневаюсь, миледи. Вы говорили о девочке на умирающей лошади, бегущей от своего жениха…
– И не ошиблась.
– Ошиблись. Элис – не Арья.
– Я неверно истолковала свое видение, вот и все. Я такая же смертная, как и вы, а смертным свойственно заблуждаться.
– Даже лордам-командующим. – Манс и его копьеносицы не вернулись – остается только гадать, не ведет ли красная женщина свою собственную игру.
– Не отпускайте далеко своего волка, милорд.
– Призрак от меня почти не отходит. – Лютоволк поднял голову, услышав свое имя, и Джон почесал его за ушами. – Прошу меня извинить. Призрак, за мной.
Ледовые камеры с тяжелыми дверьми помещались у подножия Стены и были одна другой меньше. Одни позволяют сделать пару шагов, в других даже лечь невозможно, в третьих и сесть нельзя.
Главному пленнику Джон предоставил самую большую, снабдив узника поганой бадьей, мехами и кувшином вина. Часовые некоторое время возились с обледеневшим замком. Ржавые петли заскрежетали, как грешные души в аду, Вик-Строгаль приоткрыл дверь, Джон протиснулся. Нечистотами пахло не так сильно, как он опасался – даже дерьмо замерзает на таком холоде. Ледяные стены нечетко отразили вошедшего.
– Просыпайтесь, Карстарк, – позвал Джон.
Груда заиндевелых мехов чуть не в человеческий рост шевельнулась. Сначала показалась рука, потом голова – спутанные каштановые с проседью волосы, злобные глаза, нос, рот, борода в сосульках.
– Сноу. – Дыхание узника туманило стену. – Вы не вправе держать меня здесь. Законы гостеприимства…
– Вы не гость. Вы пришли к Стене без моего позволения, вооруженный, намереваясь увезти свою племянницу против ее желания. Гостья, отведавшая нашего хлеба и соли – она, а вы пленник. – Джон помолчал и добавил: – Сегодня она вышла замуж.
– Элис обещана мне. – Криган, хоть ему и перевалило за пятьдесят, был еще крепок, но лед выпил из него силы. – Мой лорд-отец…
– Ваш отец – кастелян, а не лорд. Кастелян не имеет права заключать брачные соглашения.
– Нет, лорд. Лорд Кархолда.
– Сын по всем законам наследует прежде дяди.
Криган, раскидав меха, встал.
– Харрион мертв.
«Может, и так… а нет, так скоро умрет».
– То же относится и к дочери. В случае смерти брата наследницей Кархолда становится леди Элис, вступившая нынче в брак с Сигорном, магнаром теннов.
– С грязным одичалым, с убийцей. – Криган сжал кулаки. Его кожаные перчатки были подбиты мехом, как и помятый плащ, на черном верхнем камзоле белел солнечный диск Карстарков. – Ты сам одичалый наполовину, Сноу, а другая половина у тебя волчья. Ублюдок, зачатый изменником. Уложить благородную девицу в постель с дикарем… Ты у нее, небось, первым был? Убить меня хочешь, ну так убей и будь проклят. Старки одной крови с Карстарками.
– Я Сноу.
– Бастард.
– Этого не отрицаю.
– Пусть он только сунется в Кархолд, магнар твой. Башку ему отрубим, засунем в нужник и будем в хлебало ссать.
– У Сигорна под началом две сотни теннов, и приедет он туда с леди Элис. Двое ваших людей уже присягнули ей и подтвердили, что ваш отец стакнулся с Рамси Сноу. Сдав замок, вы спасете жизнь вашим родичам в Кархолде. Женщин леди Элис помилует, мужчинам разрешит надеть черное.
Криган потряс головой, звеня льдинками в волосах.
– Никогда в жизни.
