«Все» явно не включало леди Мелисандру,
– Хорп и Масси претендуют на место твоего отца. Масси хочет ещё и принцессу одичалых. Когда-то он служил оруженосцем у моего брата Роберта и перенял его аппетит к женским прелестям. Если я прикажу, Хорп возьмёт Вель в жёны, но на самом деле он жаждет лишь битвы. Оруженосцем он грезил о белом плаще, но Серсея Ланнистер высказалась против, и Роберт оставил его ни с чем. Быть может, не зря. Сиру Ричарду слишком нравится убивать. Кого бы ты избрал лордом Винтерфелла, Сноу? Шутника или убийцу?
Джон ответил:
– Винтерфелл принадлежит моей сестре Сансе.
– Я уже выслушал всё, что следовало о леди Ланнистер и её правах.
Король отставил чашу в сторону:
–
– Мой меч принадлежит Ночному Дозору.
Станнис посмотрел на него с отвращением:
– Твой отец тоже был упрям. Честь – так он называл это. Что ж, и у чести есть своя цена, как к своему прискорбию узнал лорд Эддард. Если тебя это утешит, Хорпу и Масси придётся разочароваться. Я больше склоняюсь к тому, чтобы отдать Винтерфелл Арнольфу Карстарку. Хорошему северянину.
– Северянину.
– Карстарки бросили моего брата среди врагов.
– После того как твой брат отрубил голову лорду Рикарду. Арнольф в то время был на расстоянии тысячи лиг. В нём течет кровь Старков. Кровь Винтерфелла.
– Не больше, чем у половины других Домов севера.
– Эти твои другие Дома мне не присягнули.
– Арнольф Карстарк – сгорбленный старик, и даже в юности он не был таким бойцом, каким был лорд Рикард. Трудности кампании прикончат его.
– У него есть наследники, – сказал Станнис. - Двое сыновей, шестеро внуков и несколько дочерей. Будь у Роберта законнорожденные сыновья, многие погибшие до сих пор были бы живы.
– Вашему величеству следует объединиться с Морсом Воронье Мясо.
– Дредфорт послужит тому доказательством.
– Вы всё-таки планируете его штурм?
– Вопреки совету великого лорда Сноу? Да. Хорп и Масси, быть может, честолюбивы, но они правы. Я не буду сидеть без дела, в то время как звезда Русе Болтона становится ярче, а моя заходит. Я должен нанести удар и показать северу, что со мной всё ещё нужно считаться.
– Водяного Мандерли не было среди стягов, которые леди Мелисандра видела в своём пламени, – сказал Джон. – Если бы у вас была Белая Гавань и рыцари лорда Вимана…
– «Если» – любимое слово глупцов. Мы не получили ни слова от Давоса. Быть может, он так и не добрался до Белой Гавани. Арнольф пишет, что в Узком Море были ужасные шторма. Как бы то ни было, у меня нет времени горевать или ждать капризов лорда Слишком-Жирного. Будем считать, что Белая Гавань для меня потеряна. Без наследника Винтерфелла за моей спиной я могу надеяться захватить север только мечом. Для этого мне придётся позаимствовать страницу из биографии моего брата. Хотя сомневаюсь, чтобы сам Роберт прочёл хоть чью-нибудь биографию. Я должен нанести моим врагам смертельный удар до того, как они поймут, что я выступил против них.
Джон понял, что его слова были напрасны. Станнис захватит Дредфорт или погибнет, попытавшись сделать это.
– Ваше величество, я знаю, где вы сможете отыскать подкрепление. Отдайте мне одичалых, и я с радостью расскажу вам, где и как.
– Я отдал тебе Гремучую Рубашку. Этого довольно.
– Я хочу их всех.
– Некоторые из твоих братьев говорят, что ты и сам наполовину одичалый. Это правда?
– Для вас вольные люди только мишени для стрел. Я же могу более разумно использовать их на Стене. Отдайте мне одичалых, чтобы я использовал их по моему усмотрению, и я покажу вам, где искать победу… и людей.
Станнис потёр затылок:
– Ты торгуешься, как старуха с треской, лорд Сноу. Может быть, Нед Старк состругал тебя с какой-то рыбачьей жёнушкой? Сколько людей?
– Две тысячи. Может быть, три.
– Три тысячи? Что это за люди?
– Гордые. Бедные. Колючие, когда задета их честь, но при этом свирепые бойцы.
– Лучше бы это не было какой-то бастардской уловкой. Куплю ли я три тысячи за три сотни? Да, куплю. Я не полный дурак. Если я к тому же оставлю с тобой девушку, дашь ли ты мне слово, что присмотришь за нашей принцессой?