Ну, это уж слишком.
С его губ сорвался истерический смех, который Тирион не смог удержать.
– У твоего карлика припадок, – взглянув на Тириона, заметила вдова.
– Мой карлик должен быть тихим, а не то я заткну его кляпом.
Тирион прикрыл рот руками.
Портовая вдова больше не обращала на него внимания.
– Может, выпьем? – предложила она. В воздухе кружили пылинки. Служанка наполнила две зелёные стеклянные чаши для сира Джораха и вдовы. В горле у Тириона тоже пересохло, но ему не налили. Вдова сделала глоток и, прежде чем проглотить, поболтала вино во рту.
– Изгнанники плывут на запад, или, по крайней мере, именно это слышали мои старые уши. А все те капитаны, что у меня в долгу, расталкивают друг друга локтями, пытаясь переправить их туда и урвать немного золота из казны Золотого Братства. Наши благородные триархи выделили дюжину военных кораблей, эскортировать флот до Ступеней. Даже старый Донифос дал свое согласие. Восхитительное приключение. И всё же вы направляетесь в другую сторону, сир.
– У меня дела на востоке.
– И что же это за дела, интересно знать? Точно уж не рабы – серебряная королева положила этому конец. Кроме того, она закрыла бойцовские ямы, так что это и не жажда крови. Что еще может предложить Миэрин вестеросскому рыцарю? Кирпичи? Оливки?
Губы сира Джораха сжались.
– Юнкайцы льют яд в ваши уши. Миледи не должна верить таким грязным слухам.
– Я не леди, но даже шлюха Вогарро знает вкус лжи. Но многое верно, всё же… у драконьей королевы много врагов… Юнкай, Новый Гис, Толос, Кварт… ах да, и вскоре к ним присоединится Волантис. Так вы желаете отправиться в Миэрин? Подождите немного, сир. Совсем скоро военные корабли отчалят на восток, чтобы низвергнуть серебряную королеву, и тогда каждому мечу найдется работа. Тигры любят обнажать когти, и даже слон может убить, если его испугать. Малакво жаждет славы, а Ниэссос большей частью своего богатства обязан работорговле. Позвольте Элиосу, Паркелло или Беличо стать триархами, и флот выйдет в море.
Сир Джорах нахмурился.
– Если Донифос вернется…
– Скорее вернется Вогарро, а мой дорогой супруг уже тридцать лет как мертв.
Позади них орал какой-то матрос.
– И они называют это элем? Дерьмо! Да обезьянья моча крепче этого пойла!
– Её ты точно выпил, – ответил ему другой голос.
Тирион обернулся, надеясь, что услышал голоса Утки и Хэлдона. Но вместо них он увидел незнакомые лица… и стоявшего в сторонке карлика, впившегося в него взглядом. Тириону казалось, что он уже видел это лицо.
Вдова потягивала вино маленькими глоточками.
– Некоторые из первых слонов были женщинами, – рассказала она. – Именно они победили тигров и покончили со старыми войнами. Трианну переизбирали четыре раза. Увы, это было триста лет назад. С тех пор в Волантисе не было ни одной женщины-триарха, хотя знатные дамы и имеют право голоса. Конечно, не такие твари, как я, а женщины, рождённые в благородных семьях, живущие в старинных дворцах за Чёрной Стеной. Наследники Старой Крови скорее предпочтут получить голоса своих псов и детей, чем вольноотпущенников. Нет, изберут Беличо или, возможно, Элиоса, но, в любом случае, будет война. Или они так думают.
– А что считаете вы? – поинтересовался сир Джорах.
– О, по-моему, война будет, но совсем не та, какой хочется им. – Сверкая глазами, старуха наклонилась вперед. – Я думаю, что у красного Рглора в этом городе последователей больше, чем у всех других богов вместе взятых. Вы слышали проповедь Бенерро?
– Прошлой ночью.
– Бенерро видит будущее в своих огнях, – сказала вдова. – Вам известно, что триарх Малакво пытался нанять Золотое Братство, чтобы зачистить Красный Храм и предать Бенерро мечу? Он не посмел использовать тигриные плащи. Половина из них также поклоняются Владыке Света. Ох, в Волантисе нынче тяжелые времена даже для морщинистых старых вдов. Но, видимо, и вполовину не такие тяжелые, как в Миэрине. Так скажите мне, сир… зачем вы ищете серебряную королеву?
– Это моё дело. Я могу щедро заплатить за проезд. У меня есть серебро.