Танец с драконами полностью

Во дворе арсенала на кого-то кричал Железный Эммет. Звон мечей раззадорил Джона. Он напомнил ему дни, когда жизнь была теплее и проще. Винтерфелл, где он сражался на мечах с Роббом под пристальным взглядом сира Родрика Касселя. Сир Родрик был жестоко убит Теоном-Перевёртышем и его железными людьми при попытке северян отбить Винтерфелл. Великая крепость дома Старков была разрушена. «Все мои воспоминания отравлены».

Увидев Джона, Железный Эммет поднял руку, и бой прекратился:

– Чем могу служить, Лорд-командующий?

– Кто трое лучших твоих бойцов?

Эммет ухмыльнулся:

– Эррон. Эмрик. Джейс.

Конь и Хоп-Робин принесли лорду-командующему кольчугу с поддоспешником, поножи, латный воротник и шлем с забралом, чёрный щит с железным ободом для левой руки и затупленный длинный меч для правой. Меч блестел серебром в утреннем свете и был почти новым. «Один из последних, сделанных Доналом. Жаль, что он не успел заточить его при жизни». Лезвие меча было короче, чем у Длинного Когтя, к тому же он был выкован из обычной стали, а потому весил больше. Удары станут медленнее.

– Сойдёт, – Джон повернулся к соперникам. – Начнём.

– С кем из нас вы сразитесь первым? – поинтересовался Эррон,

– Со всеми сразу.

– Трое на одного? – недоверчиво спросил Джейс. – Так нечестно.

Он был одним из новобранцев, сыном сапожника с Ярмарочного Острова. Это всё объясняло.

– Верно. Подойди сюда.

Когда тот подошел, Джон плашмя ударил парнишку мечом по голове, повалив с ног. В мгновение ока на груди поверженного оказался сапог, а лезвие меча у горла.

– Война не бывает честной, – сказал ему Джон, – теперь двое на одного, а ты мёртв.

Услышав хруст гравия, он понял, что близнецы приближаются. «Из этих всё же выйдут разведчики». Он резко повернулся, блокировав атаку Эррона краем щита, а удар Эмрика мечом.

– Это же не копья! – прокричал Джон, – подходите ближе.

Он пошел в атаку, показывая им, как это делается. Сначала Эмрик. Джон ударил его по голове и плечам – справа, слева и опять справа. Парень поднял щит и неуклюже контратаковал. Джон ударил своим щитом в щит Эмрика и попытался опрокинуть, метя в голень… Но не успел, потому что Эррон, подскочив, с треском двинул его по бедру сзади, отчего Джон упал на одно колено. «Синяк будет». Он принял следующий удар на щит, затем поднялся на ноги и начал теснить Эррона через весь двор. «Он быстрый, – подумал Джон, скрещивая с ним мечи – раз, другой и третий. – Но ему нужно окрепнуть». Увидев облегчение в глазах Эррона, Джон понял, что Эмрик вновь оказался за его спиной. Он развернулся и ударил Эмрика по спине, толкнув навстречу брату. К этому времени Джейс поднялся на ноги, так что Джон вновь повалил его на спину.

– Ненавижу, когда мертвецы поднимаются. Ты почувствуешь то же, когда встретишься с упырём, – отступив, он опустил меч.

– Большая ворона легко может заклевать маленьких, – раздалось злобное ворчание за его спиной, – у неё что – кишка тонка сразиться с человеком?

Гремучая рубашка стоял, прислонившись к стене. Грубая щетина покрывала его впалые щеки, и тонкие коричневые волоски росли вокруг его маленьких жёлтых глаз.

– Ты сильно приукрашиваешь собственные достоинства, – сказал Джон.

– Ага, я бы и тебя малость разукрасил.

– Станнис сжёг не того человека.

– Ага, – одичалый ухмыльнулся, обнажив ряд коричневых гнилых зубов. – Он сжёг человека, которого должен был сжечь на глазах у всех. Мы делаем то, что должны, Сноу. Даже короли.

– Эммет, найди ему доспехи. Пусть наденет сталь, а не свои старые кости.

Одетый в кольчугу и латы Костяной Лорд казался прямее и выше. Его плечи выглядели шире и мощнее, чем мог предположить Джон. «Это доспехи, а не человек, – сказал он себе. – Даже Сэм показался бы грозным, если заковать его в доспехи работы Донала Нойе». Одичалый отмахнулся от щита, предложенного Конем, попросив вместо этого двуручный меч.

– Он так сладко поёт, – сказал он, разрезая мечом воздух, – Лети сюда, Сноу. Сейчас от тебя полетят перья.

Джон стремительно атаковал.

Гремучая Рубашка сделал шаг назад и встретил нападавшего ударом двуручного меча. Если бы Джон не успел выставить вперед щит, то удар разбил бы его нагрудник, переломав половину ребер. Сила удара заставила его пошатнуться, отозвавшись болью в руке. «Он бьет сильнее, чем я думал». Его проворство оказалась ещё одним неприятным сюрпризом. Обмениваясь ударами, они кружили друг вокруг друга. Костяной Лорд держал удар так же хорошо, как и наносил. Казалось бы, двуручный меч должен быть более громоздким, чем длинный меч Джона, но одичалый управлялся с ним с ошеломляющей скоростью.