Танец с драконами полностью

– Это была похвала, – возразила Обара. – Откладывай, запутывай, увиливай, прикидывайся и мешкай, как тебе нравится, дядя, но сир Бейлон должен встретиться с Мирцеллой лицом к лицу в Водных Садах. Ему очень понравится, что у неё нет одного уха. А потом девочка расскажет, как твой капитан раскроил Ариса Окхарта от шеи до паха с помощью своей стальной супруги, затем…

– Нет, – принцесса Арианна встала с кушетки и положила руку на плечо Хотаха. – Всё было не так, кузина. Сира Ариса убил Герольд Дейн.

Песчаные Змейки переглянулись.

– Тёмная Звезда?

– Его зарубил Тёмная Звезда, – повторила маленькая принцесса, – а ещё пытался убить принцессу Мирцеллу. Вот что девочка расскажет сиру Бейлону.

– Последнее, по крайней мере, правда, – улыбнулась Ним.

– Всё правда, – сказал принц, содрогнувшись от боли.

«Что причиняет ему боль – подагра или ложь?»

– Сир Герольд бежал в Горный Приют, за пределы нашей досягаемости.

– Тёмная Звезда, – хихикнув, промурлыкала Тиена. – Почему бы и нет? Это его рук дело. Но поверит ли сир Бейлон?

– Поверит, если услышит это из уст Мирцеллы, – повторила Арианна.

Обара недоверчиво фыркнула:

– Она солжет сегодня, завтра, но рано или поздно скажет правду. Если позволить сиру Бейлону унести историю обратно в Королевскую Гавань, то забьют барабаны и потекут реки крови. Нельзя позволить ему уйти.

– Конечно, можно его прикончить, – сказала Тиена, – но тогда придется убить и свиту рыцаря, даже молодых сладеньких оруженосцев. Это было бы… неаккуратно.

Доран прикрыл глаза и снова открыл их. Хотах видел, как у принца под пледом дрожит нога.

– Не будь вы дочерьми моего брата, бросил бы вас троих в темницу и держал там, пока не истлеют ваши кости. Вместо этого я намереваюсь взять вас с собой в Водные Сады. Там вы получите несколько уроков, если у вас хватит ума их увидеть.

– Уроки? – откликнулась Обара. – Всё что там можно увидеть – голенькие детки.

– Да, – ответил принц. – Я рассказал сиру Бейлону историю, но не всю. Пока ребятишки барахтались в прудах, Дейенерис наблюдала за ними, сидя в тени апельсиновых деревьев, и на неё снизошло озарение. Она не могла отличить знатных отпрысков от простолюдинов. Голые, они были всего лишь детьми. Все невинные, уязвимые, заслуживающие долгой жизни, любви и защиты. «Вот твое королевство, – сказала она своему сыну и наследнику, – помни о них, что бы ты ни делал». Моя мать передала мне её слова, когда я вырос и должен был покинуть сады. Принцу легко созвать копья, но в конце за это заплатят дети. Ради них мудрый принц не станет вести войну без веской причины, тем более войну без надежды на победу.

Я не слепой или глухой. Знаю, что все вы считаете меня слабым, трусливым и безвольным. Ваш отец знал меня лучше. Оберин был змеем – смертоносным, опасным, непредсказуемым. Никто не смел на него наступить. Я был травой – мягкой, приятно пахнущей и колеблющейся под любым ветерком. Кто же боится пройтись по траве? Но трава прячет змея от врагов и скрывает до поры его бросок. Ваш отец и я работали теснее, чем вам известно… но сейчас он мертв. Но вот вопрос, могу ли я доверять вам, его дочерям, и будете ли вы служить мне так же, как он?

Хотах изучал каждую по очереди. Обару – с грязными ногтями и обветренной кожей, с сердитыми близко посаженными глазами и каштановыми волосами. Нимерию – томную, элегантную, с золотистой кожей и длинной черной косой с вплетённой в нее красно-золотой лентой. Тиену – голубоглазую и светловолосую, тонкорукую и хихикающую, похожую на подростка.

Она-то и ответила за всех.

– Трудно сидеть сложа руки, дядя. Дай нам задание, любое, и ты увидишь, что мы настолько верны и послушны, о чём только мог мечтать любой принц.

– Рад это слышать, – ответил Доран, – но слова – ветер. Вы дочери моего брата, и я люблю вас, но усвоил, что не могу вам доверять. Я хочу услышать клятву. Присягнёте ли вы мне, и станете ли слушаться?

– Если необходимо, то да, – подтвердила леди Ним.

– Тогда прямо сейчас поклянитесь могилой вашего отца.

Лицо Обары потемнело.

– Не будь ты моим дядей…

– Но я твой дядя. И твой принц. Клянись или убирайся.

– Я клянусь, – произнесла Тиена, – могилой моего отца.

– Я клянусь, – повторила Нимерия, – Оберином Мартеллом, Красным Змеем из Дорна и лучшим человеком, чем ты.

– Да, – последовала их примеру Обара, – я тоже. Отцом. Клянусь.

Часть напряжения, сковывавшего принца, исчезла. Он откинулся в кресле, протянул руку, и принцесса Арианна взяла его за руку, встав рядом.

– Скажи им, отец.

Принц Доран глубоко вздохнул.