— Ты же сказал, что мой тебя не устраивает, построен на одних «если». — Сова ушёл в оборону. Отбиваясь одной рукой, вторую он положил на кинжал на поясе.
— Я не говорил, что мне не нравится твой план.
— То есть, он тебе нравится?
— Слушай…
Сова выхватил кинжал и попытался достать им левый, не защищённый бок Гепарда. Тот отреагировал мгновенно. Пелена с глаз спала, скорость движений возросла в десятки раз. Кинжал оказался выбит из рук и со звоном покатился по полу. Сова ощутил дуновение ветерка от свистнувшего у шеи острия.
— Ну вот, — ухмыльнулся он, отправляясь за кинжалом. — Ты проиграл.
— Ты сжульничал.
— В уговоре о кинжалах ни слова. Только о том, кто первый воспользуется вил.
— Ладно, можешь гордиться собой, ты победил.
Гепард вогнал меч в ножны и отправился обратно в комнату. Сова молча проводил близнеца взглядом. Нет, слишком глубоко засело чувство вины. И даже вил зрения, на который близнец возлагал такие надежды, не поможет, если не пожелать самому избавиться от него. Это Сова хорошо знал по собственному опыту. Порой прошлое настигает, даже спустя тысячи лет.
До вечера Гепард просидел в комнате. Сова ещё походил по дому, но вскоре присоединился к нему. Несколько раз совершался поход на кухню; поварёнок готовил вполне сносно.
Когда солнце скрылось за горами, заглянул Меркар, раздобывший где-то солдатскую форму. В ней он смотрелся куда лучше, чем в шутовском наряде короля.
— Показалась армия, — объявил он. — Лагерь разбили на холмах, атаковать не собираются. Ставят палатки, разводят костры.
Сова удовлетворённо кивнул.
— Хорошо, значит, придерживаемся плана. Собери людей у входа, мы скоро спустимся. — Меркар кивнул и развернулся к двери. — В форме ты выглядишь куда лучше, — добавил Сова. — Советую тебе всерьёз задуматься над тем, чтобы сделать её официальным облачением короля.
— В ней я провёл десять лет, — сказал Меркар, задержавшись у выхода, — и надел только потому, что завтрашний день может стать последним. Умирать в том цветастом наряде мне не хочется.
— Не я один сомневаюсь в твоём плане, — сказал Гепард, когда близнецы остались вдвоём.
— Можешь сомневаться сколько угодно, всё пройдёт так, как задумано, — заявил Сова. — Кстати, раз ты проиграл, тебе и произносить речь перед солдатами.
— Какая ещё речь? — буркнул Гепард. — Кому она нужна, там одни бандиты да воры.
— Можешь называть их как угодно, но произнести речь перед воинами важно для поднятия боевого духа. А боевой дух следует держать высоким, особенно когда твои солдаты — бандиты и воры. Ты ведь сам хотел защитить город, ещё до решения монеты. Неужели передумал?
— Нет. Но я вспомнил, кем для этого придётся стать.
— Ты отдал монету. Проиграл в поединке. Хотел защитить город. Очевидно же, кому произносить речь.
— Вот только не очевидно, зачем её вообще произносить. Ладно, я соглашусь, если ответишь на вопрос. Зачем она нужна? На самом деле, не надо мне сказок о боевом духе.
— Это не сказки, — посерьёзнел Сова. — Люди должны видеть, кто их ведёт. Им нужно видеть своего генерала. Мы всё изменили в городе и сбежали, пригрозив расправой в случае неповиновения. А теперь можем добиться…
— Чего? Любви? — фыркнул Гепард.
— Уважения. Это сильнее страха.
— Да-а, уважение бандитов дорогого стоит.
— Они идут на смерть. Не важно, бандиты или нет, на поле боя все равны, тебе ли не знать.
— Ладно, как скажешь. — Гепард поднялся и потянулся, разминая конечности. — Пошли, завоюем твоё уважение.
Они переоделись в чёрные одежды, скрывающие лица. Кожаный доспех остался незаметен даже под ними. На пояс перекочевали меч и пара кинжалов. На плечо закинули небольшую котомку с припасами.
В таком виде близнецы спустились на крыльцо. Перед домом их ожидали с полсотни человек. Пятьдесят шесть, если посчитать точно, что Сова и проделал. Все выглядели как их точные копии. Единственным отличием были амулеты, висевшие у некоторых поверх одежд. Неподалёку стоял Меркар с мечом у пояса.
Гепард замер на крыльце, оглядывая собравшихся и раздумывая, с чего начать. Он никогда не произносил речей. Более того, всячески избегал любой показушности. Но сейчас эти люди пойдут за ними. Большинство, конечно, из страха и жажды наживы, но найдутся и те, кто искренне верит в них. Не может же среди пятидесяти человек не быть идиотов.
— Месяц назад мы пришли в ваш город, — медленно начал Гепард, — и свергли власть. Убили, если точнее. А ещё освободили людей, которых использовали для разного, от вспахивания ферм до сцеживания в алтир. Может, мы повернули всё в лучшую сторону, а может, и нет. Но теперь у ворот стоит армия, которой это не понравилось. За все поступки приходит расплата, пришла пора платить и нам. Вы все согласились отправиться с нами добровольно. Кто считает, что раньше жилось лучше, может уходить домой.
— Не лучше, но и не хуже, — раздалось голос из толпы.
— В контракте о найме не указан пункт о сражении против армии, — добавил второй голос, вызвавший смешки.
