Вскоре его счет был весьма достаточен для того, чтобы оставить Анну и заняться поисками привычной работы -пусть и в другом регионе. Но как -то получилось, что мысль об увольнении посещала его все реже -уж больно странные дела творились в клубе. Да и вся атмосфера «Серебряной кобры» была какой -то слишком подозрительной -некоторые танцовщицы бесследно исчезали, состав клиентов временами резко менялся, а Анна имела привычку в окружении особо доверенных охранников срываться куда -то среди ночи и пропадать иногда по нескольку дней.
А потом он понял, что брюнетка интересует его одновременно с двух сторон -и как темная лошадка, требующая разгадать ее тайну, и как женщина. Он нутром чуял, что у нее миллионы тайн -грязных и страшных -и хотелось вывести Морозову на чистую воду. Или наоборот -помочь ей спрятать скелеты.
Гломов не понимал, что ему важнее -пойти на поводу у въевшегося в кровь профессионального долга, призывающего вытряхнуть наружу грязное белье брюнетки и отправить Анну за решетку, или притвориться слепоглухонемым и не вмешиваться в то, что его напрямую не касалось.
И увяз в этом окончательно, упустив момент, когда еще был шанс вырваться из паутины.
-Зачем все это? -не выдержав, поинтересовался Игнат, бросая вилку в тарелку, окончательно теряя интерес к еде -кусок в горло не лез.
-Не понимаю, -передернула плечами хозяйка «Серебряной кобры», одарив его мимолетным взглядом, в котором и впрямь сквозило недоумение. -Зачем мне что? Отпуск?
-Нет. Зачем тебе «Кобра», «Пантера», танцовщицы эти, -конкретизировал начальник службы безопасности. -Зачем? Ты не пробовала жить нормально?
-Нормально? -протянула Анна, сузив глаза. -О какой норме идет речь? Я не могу жить в грязной квартире, считать копейки и ездить на автобусе, -в ее голосе проскользнула злость. -Спасибо, у меня все это было. И я скорее сдохну, чем вернусь к такой жизни.
-А других вариантов нет? -тоже начал злиться Гломов. -Я не требую от тебя чего -то невозможного! У тебя вполне достаточно денег, чтобы перестать заниматься клубным, мать его, бизнесом и постоянно ходить по краю, доказывая всем, что в N -ске только одна официальная власть -ты! На дворе не девяностые и даже не начало двухтысячных -сейчас другие времена и совсем не обязательно кого -то убивать, чтобы тебя уважали! Что и кому ты пытаешься доказать? Может, хватит? Не пробовала заняться чем -нибудь другим для разнообразия? Борщ сварить, например!
-Я тебе что, домохозяйка? -прошипела Морозова, словно змея, готовящаяся к броску.
-Будь ты домохозяйкой -проблем бы не было вообще! -отрезал Игнат. -Но нет, тебе больше нравится общаться черт знает с кем, ввязываться в какие -то сомнительные авантюры и вообще не думать о том, что будет сегодня, завтра, через год! Ты не бессмертна, в конце концов! Чего тебе не хватает? Денег? Адреналина? Почему ты не можешь как все нормальные люди жить, не нарушая закон?!
-Не лезь в мои дела! -отчеканила брюнетка ледяным голосом.
-А то что? Пристрелишь? -спокойно уточнил Игнат. -Ты вообще уже со своей властью краев не видишь! Ты же медалистка. Отличница. Я видел твою школьную характеристику -там ни одного плохого слова. Добрая. Сострадательная. Отзывчивая. Инициативная. Спокойная. Умная. Целеустремленная. -говоря все это, он поднялся на ноги и приблизился к дивану, в который практически вжалась Анна, будто съеживающаяся от каждого слова. -Насчет ума и целеустремленности у меня вопросов нет, но доброта и сострадание? Где они? Что Стиф с тобой сделал?
-Не с -смей вспоминать Стифа! -побелевшая от ярости Анна дернулась, вскидывая руку, чтобы ударить его по лицу, но Гломов сгреб своей ручищей ее тонкое запястье, понимая, что стоит ему сжать чуть сильнее -и перелом хозяйке обеспечен.
-И почему же? Ты так ему предана? До сих пор? Соблюдаешь его заветы? -не проникся Игнат. -Да ты даже ни разу у него на могиле не была! Как -то не сочетается. Та добрая и сострадательная девочка, окончившая школу с золотой медалью, должна по всем законам жанра Стифа ненавидеть.
-Он дал мне новую жизнь. И все то, что у меня сейчас есть -только благодаря ему, -в глазах Анны бушевало пламя. -А теперь убери от меня руки и исчезни.
Гломов покорно разжал пальцы, поднялся на ноги и направился к двери. Открыл, вышел в коридор, но сделал шаг назад и обернулся, акцентируясь на сжавшейся в комочек брюнетке, дрожащими руками натягивающей на себя плед.
-Без проблем. Прыгай в трясину. Но потом не проси тебя оттуда вытащить.
-Я скорее сдохну, чем попрошу о помощи, -выдохнула Анна ему в спину, но начальник службы безопасности не услышал, плотно прикрывая за собой дверь и позволяя ей остаться в одиночестве -тревожном и пугающем.
Или сделал вид, что не услышал -это было вполне в его стиле. Вот только ей от этого было не легче.
Впервые за долгое время хотелось плакать. Но Анна привычно стиснула зубы, напоминая себе, что слабостей у нее нет и быть не может -и никакой чертов Игнат этого не изменит.
========== Часть 58 ==========
