Мишель застыл, глаза расширились, и он закусил нижнюю губу. Медленно приподнял руки и положил их мне на шею.
Я улыбнулся и чуть-чуть наклонился, прошептал:
– Мне нравится.
- Правда?
- Правда.
Я накрыл его губы. Не страстно или с агрессией, а неожиданно мягко. Нежно раскрыл их и проскользнул языком в его рот. Мишель выдохнул и отдался.
Мне нравилась эта власть, и этот парень подо мной, который позволял мне полностью держать контроль в своих руках. Который боялся меня до дрожи в кончиках пальцев, но все равно открывающий мне дверь.
Это было важно для меня. И я хочу узнать, что важно для него.
Медленно исследуя его рот, я поражался. Он сначала не отвечал, а просто открыл губы, позволяя целовать, но спустя всего минуту его руки на моей шее опустились на плечи. Дрожащие пальчики обвели ключицы. А губы чуть шевельнулись.
И я вдруг понял. Он тоже экспериментирует. Что ему позволят, когда остановят ударом или оттолкнут? Но я не собирался останавливать его или отталкивать, я хотел посмотреть, на что он еще решится.
Очень мешала нехватка времени, ведь ему, и правда, нужно было еще доехать до места работы. Я улыбнулся про себя и приподнял руку, запустил ее в его волосы. И он не спеша сделал то же самое. Я утонул в этом чувственном движении. Никогда в жизни не поверил бы, что обычная ласка тонких пальчиков доставит мне столько удовольствия.
Мягко и медленно Мишель исследовал грань дозволенного. Я был в полном шоке, когда его язычок толкнулся в мой язык. И не удержался, застонал. Он тут же застыл.
А я отстранился и перешел мелкими поцелуями по его щеке.
Без резких движений.
- Микки. – Прошептал он.
- Да, я знаю. Пойдем, оденешься.
Я резко встал с него и подал руку. Вообще, мне не хотелось его отпускать. Хотелось, чтобы он всегда был со мной, ходил по квартире в одном полотенце и с анальной пробкой. Но я тут же отогнал эти мысли, еще не хватало сказать это все вслух.
Мы прошли в гардеробную, и я прошелся взглядом вдоль полок с одеждой. Мишель стоял в дверях, сжимая в руках край полотенца.
- Так, я думаю, что тебе подойдет болотный или нежно-голубой, а может, серый… тааак…
- Майкл, моя одежда в сумке.
- То, что у тебя в сумке, это не одежда, а тряпки на выброс, я взял их из твоего жилища только чтобы не обижать тебя. – Я достал футболку, нежно-голубую с серебряным рисунком, и черные, с голубой линией от бедра, джинсы. Протянул опешившему парню.
- Но… это же твои вещи, и они будут мне велики. – Резонно заметил он, но я улыбнулся.
- Не будут. Моя мама всегда покупала все размеры. Не знаю для чего, но у меня тут все от самого маленького, как будто я усохну, до самого большого, можно подумать, что я поправлюсь… - я взял белье и носки. – Так, одевайся и не волнуйся, вещи новые. А я пойду, найду тебе куртку или пальто и обувь. Он только кивнул. Вот это мне тоже в нем всегда нравилось, он не спорит.
Это его черта, не приобретенная под моей силой, а именно его. Личная. Он всегда был таким.
Я помню, когда его впервые привели ко мне в комнату. И я приказал раздеться. Он не спорил. В его глазах не было страха или непокорности, он просто принял сразу мою мнимую власть и подчинился. Потом, спустя какое-то время, им пытались помыкать другие, но он просто игнорировал.
И только я мог приказать, и Мишель, опустив голову, делал.
Я тогда не задумывался, почему…
А сейчас знаю.
Я достал куртку из тонкой кожи, но с теплой подкладкой, перчатки в тон коже куртки и ботинки. Вышел со всем этим обратно в комнату и встал как вкопанный.
Посреди комнаты стояло виденье.
Я знал, что он красивый, что тонкий и потрясающе манящий. Манящий своей грустью. Такой печальный образ. Но сейчас он еще меня не заметил, и стоял перед зеркалом, поправляя футболку.
Улыбался.
Мягкой улыбкой. Самому себе.
Я тихо положил одежду на кровать и подошел к нему, аккуратно обнял за талию.
Мишель вздрогнул. И улыбка почти погасла.
- Ты потрясающе выглядишь.
Всё, ушла. И в моих объятиях остался стоять опять мой Мишель.
- Спасибо.
- Нравятся вещи?
- Очень.
Я хочу твою улыбку. И хочу услышать твой смех. Хочу.
Я почти нежно повернул его голову и снова накрыл эти мягкие губы.
- Прекрасно, а теперь примерь вот это, и пойдем обедать, а то на одних яблоках ты не проживешь.
- Я очень люблю яблоки. Но да, немного проголодался.
- Мишель, давай договоримся. Ты будешь открывать холодильник и брать любую еду, брать вещи, которые тебе нужны и ничего не спрашивать, просто брать и все. Ладно?
- Хорошо.
- Прекрасно!
Мы пообедали, и я вызвал такси. Мишель, немного стесняясь, взял с собой перекусить, кроме яблока, еще и бутерброды. На самом деле, мне пришлось настаивать на этом и даже начать злиться. Но в итоге он взял пакет.
В новых вещах он выглядел немного вызывающе, но тоска в глазах так и не ушла. Я был даже благодарен этой тоске.
Мы спустились вниз, и я посадил его в машину, наклонился и тихо прошептал:
- Я буду ждать тебя дома, маленький. – И положил ему в карман деньги, захлопнул дверь.
Когда такси уже отъехало, я увидел, что он повернулся, с непониманием смотря в окно, видимо, обнаружил купюры.
Ничего. Я обязательно приучу его к таким вещам.
