Он тут же рванул на кухню, ойкнул, что-то упало.
Я разделся и повесил свою кожаную куртку рядом с его потрепанным пальто.
Черт, а ведь у него действительно никого нет.
Я взял пакеты с едой и прошел в маленькую кухоньку.
Мишель сидел на коленях около плиты, и я испугался. Сел рядом с ним.
- Дай посмотрю.
- Все в порядке, не волнуйся. – И так он это сказал, как будто я, действительно, зверь.
Я опять вздохнул и несильно сжал его запястье, потянул на себя. Видимо, он схватился за крышку кастрюли голыми руками. На пальцах был красный ожог, несильный, но болезненный.
- Мишель… - в наступившей тишине проговорил я.
Он вскинулся, глаза огромные, смотрит на меня испуганно и в неверии. Да, это впервые, когда я называю его по имени сам.
– У тебя есть аптечка?
- Нет. – Тихо проговорил он.
- А деньги, а еда, а вещи, которые положено носить осенью?
Он нахмурился и медленно покачал головой.
- Не волнуйся, я привык. – Он попытался отнять у меня свою руку, но я сжал запястье чуть сильнее. Я не животное, я исправлю, хочу увидеть улыбку на его лице. Красивом лице, если подумать, милом. С родинкой на щеке, ровными бровями и пухлыми, чувствительными губами, которые я никогда не целовал. Глаза такие тусклые и цвет непонятный. Как же так? Сломать и не заметить, а потом еще и добивать каждый раз…
- Мишель. – Я притянул его к себе и обнял.
Он вздрогнул, когда мои пальцы зарылись в чуть жестковатые волосы, и я погладил кожу головы на затылке.
– Я поесть принес. Не знаю, что ты любишь, взял все и сразу. Даже мороженое.
Он задрожал в моих руках, я знаю, он не плачет, не умеет плакать, разучился уже давно.
- Спасибо.
- Не за что, а теперь выльем эту бурду, которую ты там варишь себе и поедим нормально. Вдвоем.
Он кивнул. Я аккуратно встал и поднял его. Боже, маленький какой!
Мы разобрали сумку, но перед этим я аккуратно замотал его пальцы своим платком. То, что явно сгорело по моей вине, я сам выбросил и помыл кастрюлю. Мишель при этом очень тихо резал овощи на салат.
- Приятного аппетита. – Вежливо проговорил он и опустил голову.
Я вздохнул:
- Приятного.
Но есть я не стал, а наблюдал за ним.
Он ел аккуратно, локти на весу, нож, вилка. Манеры? Откуда?
– Мишель, а откуда ты родом?
Вилка вылетела из непослушных пальцев, и парень поднял на меня удивленные глаза.
- Что?
- Где ты родился? – повторил я спокойно вопрос.
- Сен-Дени. Франция. – Очень тихо ответил он на мой вопрос.
- А почему живешь здесь? И какого ты тогда был в том интернате? Он никак не связан с Сен-Дени, и вообще, находится в другой стороне…
Мишель медленно поднял вилку и закусил губу.
- В интернат я попал по желанию моей мачехи. - Он опустил голову, скрывая болезненно сведенные брови. – А потом она просто не разрешила вернуться мне домой, вот и все.
- Что значит - не разрешила вернуться домой? – я протянул руку и приподнял его лицо, он не смотрел на меня и был зажат так сильно, что мне в отчаянье захотелось встряхнуть его.
- Ма… - он снова задрожал. – Я не хочу об этом говорить. Я просто живу здесь. И мне некуда возвращаться, совсем.
Я отложил вилку и встал, подошел к нему и обнял.
- Мишель, я сегодня весь день думаю о тебе. Не могу выкинуть из головы твои порезы. Мне хочется попросить прощения, но я не знаю с чего начать. Я никогда ни в чем не нуждался и мне трудно понять твое положение, но я точно знаю, что поступил с тобой неправильно и продолжаю поступать. И… ты можешь называть меня по имени. Давай начнем хотя бы с этого… Я знаю, что сделал тебе больно и унизил тебя, но, возможно, я вырос… Черт!
Я прижал его за плечи к себе поближе и зашептал в волосы:
- Я ездил на свадьбу сестры, и ты не представляешь, кого я там видел.
- Кого? – спросил он.
- Дрея Брауна. Помнишь?
И парень в моих руках дернулся, поднял на меня глаза. В них было понимание и боль.
- Ты поэтому вдруг пришел ко мне?
Я сначала не понял его, но через секунду прижал сильней и часто зашептал.
- Нет, не поэтому, это была только причина, которая заставила меня найти тебя. Но увидев тебя, я снова поступил по инерции – неправильно, грубо, по-скотски.
- Не надо! – он вдруг попытался вырваться.
- Тихо. Я не хочу делать тебе больно, ты понимаешь? Не хочу возвращаться к тому, что было…
- Первым делом, войдя в мой дом, ты толкнул меня на кровать…
- Прости.
А он вдруг обмяк в моих руках и тихо спросил:
- За что?
- За все мои поступки. За боль, которую я причинил тебе. За все, что говорил при этом, знаешь, я увидел улыбку на лице Брауна и вспомнил, что ты никогда не улыбался. Я вспомнил, что твоя боль навсегда изменила цвет твоих глаз, я не могу исправить все это. Но я могу попытаться…
Он вздохнул, и я почувствовал несмелые объятья, он приподнял руку и обнял меня за талию, вцепился в пояс джинсов.
- А я не переставал ждать тебя. – Тихо ответил он. – Все время думал о том, что однажды ты придешь, Ма… Майк. – Мое имя далось ему с трудом.
Я прикрыл глаза от нахлынувшего на меня восторга.
Если честно, то я не совсем понимал, что происходит со мной. Мне хотелось укутать его в тепло и доказать, что он достоин, что я достоин.
Чего?
Глава 2
