- Ты для меня больше, чем просто ученик, ты для меня намного больше. И в этот день полуфинала твоего триумфа, я хочу тебе сказать слова благодарности. Спасибо, Майки, за то, что ты именно такой, за то, что нашел свое пламя.
Он отступил и похлопал меня по плечу, вышел.
Это тоже было своеобразным ритуалом.
Я стоял посреди маленькой комнатки и старался ни о чем не думать, но мысли возвращали меня к тому разговору с Аланом, и я все время прокручивал ответ Мишеля.
«Папа, я должен подумать»
В тот момент я хотел ворваться в кабинет, выхватить трубку и заорать, что не отдам его, но какая-то неведомая сила, в лице Морис, остановила меня в шаге от двери.
Я передернул плечами.
Он важен для меня и если он захочет уйти, я, в своей эгоистичной любви, не отпущу его, возможно, даже сломаю еще раз.
Я прикусил губу и покачал головой. Сейчас мне нужно думать о своем выступлении, а не о своем парне и его отце, но все мои мысли крутились вокруг этого, и было трудно сосредоточиться.
Я проиграл музыку в голове и перебирал пальцами в такт собственной мелодии. Меня ждет славная тачка на том конце, я уверен, что Касараги тоже.
Когда я вышел в коридор и уже подходил к красной занавеске, в начале его показался Ен и Фокс, Касараги раздевался прямо на ходу, его тренер краснел и бледнел, но бежал рядом.
Мой мальчик нес вешалку с костюмом, а Фокс туфли.
- Привет, Фрейм, думал, что я не успею? – запыхавшись, спросил Ен.
- Надеялся, – спокойно ответил я.
Тренер Ена что-то лепетал по-японски, всплескивая руками, Ен остановил его одним жестом.
- Йоджи, дай мне перевести дух! – нахмурившись, отчеканил Касараги, я улыбнулся.
Потом он спокойно закончил переодеваться, и Фокс застегнул ему пуговички на рубашке.
- Ты великолепен и ты лучший, мы сделаем эту парочку, и Микки купит тебе вишневую тачилу! – в восторге прошептал блондин своему экзотическому парню.
Я краем глаза заметил, как Ен сжимает пальцы Фокса и аккуратно целует в скулу. Тренер делал вид, что его здесь нет.
Касараги отстранился от Фокса и подошел ко мне:
- Спасибо, – просто сказал он.
- Не за что.
- Всё, Ен, сейчас твое выступление! – взволнованно поторопил его тренер.
Я смотрел, как Касараги выходит на паркет и как Дорис морщится от досады.
- Хм, наш Огонек. – Услышали мы голос чуть позади.
Я обернулся и столкнулся с презрительным взглядом представителя Испании. Дионисио Герин был настоящим представителем своей страны. Смуглый, кареглазый и наглый. Эти его карие глаза ощупали меня с ног до головы, я ухмыльнулся. – Очень приятное зрелище, если забыть на мгновение, что мы соперники.
- Хм, учитывая то, что я не считаю Вас соперником, сеньор Герин, мне совершенно не льстит Ваше мгновение. – Вкрадчиво ответил я.
- Не считаешь? – хмыкнул он. – Мое выступление оценили по достоинству.
- У каждого свое достоинство.
- И ты, конечно, считаешь себя лучшим, Фрейм? – насмешливо.
Все, кто был в коридорчике, замерли, и даже тренер Ена смотрел на нас с открытым ртом. Все эти закулисные интриги и игры были мне знакомы, хотя участвовал я в них редко, да и такие большие конкурсы не посещал.
Но этот наглый взгляд на моего парня проигнорировать не смог, раз мне не суждено отыграться на Дори, я отыграюсь на ее новом фаворите.
Что-то часто она их меняет? Стареет что ли?
- Почему я должен считать себя лучшим, я им и являюсь.
- Ну, и самомнение! – восхищенно и едко одновременно.
- Воспитание. – Я ухмыльнулся.
- Скорее полное его отсутствие. Но во вкусе не откажешь.
- Здесь мы соревнуемся не в том и не в другом, а в изящности движений и способности воспринимать окружающий мир, мир, так сказать, внутренний, часто не соответствует оболочке, на Вашем же примере доказываю свои слова, сеньор Герин. – Я развернулся и притянул Мишеля к себе, пусть в моем жесте была толика собственнических ноток, мне было глубоко плевать, что кто подумает.
- Надеюсь, ваше с Касараги пари он выиграет. – Фыркнул испанец.
- Сомневаюсь. И спасибо, что не желаете мне удачи, она мне не нужна, потому что мой талисман всегда со мной.
И я накрыл мягкие, сладкие губы моего Мишеля.
Эд откашлялся, тренер Ена задохнулся, Фокс тихо рассмеялся. А я таял от доверчиво открытых губ и мягкого языка мне в ответ.
Ен вошел обратно под аплодисменты многочисленной публики:
- Ну, что, Майки! Сделай лучше! – пропел он.
Ему на шею прыгнул радостный Фокс.
Я же оторвался от губ моего парня и увидел кривую усмешку испанского представителя, мне было глубоко наплевать, я был настроен на победу.
И выходя на паркет, точно знал – она моя.
Оценки оказались ожидаемыми и мы с Еном Касараги вышли в финальный тур. Он был рад до безумия и все тискал Фокса, я видел по глазам блондина, что он не против и, кажется, все решил.
Праздновали в японском ресторане, и Ен лично учил Фокса, как нужно правильно кушать палочками. Тот восхищенно открывал рот и смеялся, как ребенок.
Счастье в забытье? Возможно.
В этот раз Эд избавил меня от журналистов, но от семейного поздравления не смог:
- Поздравляем! Поздравляем! – воскликнули Риана и мама в один голос, приближаясь к нашему столику.
- Спасибо, – я встал поприветствовать их.
