«Значит, Маргарита, получив свидетельство о рождении, могла пойти с ним в ЗАГС и поменять отчество и фамилию, – подумала я. – Попробуем найти приемлемые сочетания. Например, Шляпникова Маргарита Константиновна, Шляпникова Маргарита Геннадьевна и Шляпникова Маргарита Алексеевна. Если предположить, что Маргарита захотела замести следы, то она вполне могла попросить отца выслать ей свидетельство о рождении, прийти с ним в ЗАГС и попросить поменять фамилию и отчество. В принципе, ей могли пойти навстречу, ведь она же взрослый человек и может взять себе фамилию и отчество такие, какие ей больше нравятся. Возможно, в ЗАГСе и спрашивать ничего не стали о причине перемены. Вот Маргарита и воспользовалась этим. Правда, ЗАГС может и отклонить просьбу о смене фамилии и отчества. Например, при наличии ошибок в написании заявления или если не предоставлены полностью все необходимые документы. Да еще если смена осуществляется для бегства от кредиторов или чтобы избежать уголовной ответственности. Да… искать, какой из вариантов верный, можно сто лет. Нет, вот сейчас мне точно понадобится помощь Дыка».
Я набрала гениального хакера.
– Дык, это снова я, Татьяна. Вот теперь-то я без твоей помощи точно не обойдусь. Выручай, гонорар, как всегда, за мной, – сказала я.
– А что у тебя на этот раз? Снова нужно идентифицировать фотографии? Или у тебя не получилось еще с той? – поинтересовался Дык.
– Нет, с прошлой идентификацией я, слава богу, справилась сама. Правда, следуя твоим указаниям, но не важно. А вот сейчас задание посложнее. Мне нужно найти женщину, возможные сочетания имени-отчества и фамилии я тебе продиктую, фотку сброшу на телефон. В новых документах же должна быть фотография, верно? ФИО могут быть и другие, но над этим я пока работаю, – сказала я.
– Не совсем понятно, но ладно. Диктуй свои варианты, – сказала Дык.
Я продиктовала и прокомментировала, какие фамилии и отчества кому принадлежат. Надеюсь, что «компьютерный гений» разберется.
– Да, чуть не забыла! Дык, запиши еще один вариант: Веретенникова Маргарита Константиновна, – вспомнила я в последнюю минуту, что Маргарита могла взять фамилию своей соперницы. Ну или Клементина – оставить хоть что-то от родителей.
Минут через пятнадцать раздался звонок от Дыка:
– Значит, так. Сочетание, которое повторяется… в общем, не важно, какое количество раз, тебе это все равно ни о чем не скажет, так вот, наиболее вероятен такой вариант: Шляпникова Маргарита Алексеевна. Фото в общих чертах совпадает.
«О как! Получается, наша потенциальная преступница взяла фамилию родной матери и отчество мачехи – если, конечно, это все же Маргарита, – подумала я. – А если Клементина – то родственников своей соперницы и, возможно, жертвы. Да, в сообразительности что той, что другой не откажешь. Хотя по-другому просто и быть не могло. Как бы она могла скрываться целых пять лет, которые прошли со времени первого убийства»?
– Алло, Тань, ты меня слышишь? – спросил Дык, оторвав меня от размышлений.
– Да, Дык, слышу, сейчас переведу тебе вознаграждение.
– Да я не про вознаграждение. Я хочу сказать, ты попробуй узнать, подходит это сочетание или нет. Если не подошло, тогда звони – буду снова искать, – сказал хакер.
– Хорошо, Дык, я поняла. Сейчас попробую.
Я отключилась и тут же позвонила Мельникову.
– Алло, Андрей, попробуй новый вариант, – сказала я и продиктовала «Шляпникову Маргариту Алексеевну».
– О'кей, сейчас снова запущу поиск, – откликнулся Мельников.
– В общем, мы с тобой на связи, – предупредила я.
– Понятное дело.
Через полчаса получила наконец подтверждение от Мельникова, что на Шляпникову Маргариту Алексеевну в Тюменской области зарегистрирован «фольксваген» темно-зеленого цвета с такими-то номерами.
Через два дня позвонил Кирьянов и сообщил следующее. Людмила Анатольевна Таратутина, моя клиентка и единственная оставшаяся в живых родственница Веретенниковых, подписала согласие на эксгумацию. Тело Клементины изъяли. Судебная экспертиза произвела анализ останков, которые находились в могиле Клементины Веретенниковой. По ее данным, захоронена была другая девушка, у которой выявлена прижизненная травма голени, а именно – перелом. К моменту смерти перелом давно сросся. Помимо этого, сравнительный анализ ДНК захороненной девушки и Кристины Веретенниковой показал, что останки, выкопанные из могилы Клементины Веретенниковой, принадлежать ей не могут.
Теперь, когда у меня на руках были данные о том, что Клементина Веретенникова жива, я решила, что самое время поехать в коттеджный поселок и рассказать Алевтине Александровне всю правду. А заодно и предупредить о том, что Клементина может наведаться домой.
– Алевтина Александровна, выслушайте меня. То, что я вам сейчас расскажу, очень важно, – сказала я.
– Господи, Татьяна Александровна, вы меня пугаете, такое предисловие…
Рахматуллина действительно выглядела напуганной.
– Но вы должны это знать, Алевтина Александровна, – настаивала я.
– Ну хорошо, говорите, – кивнула женщина.
– В общем, речь пойдет о Клементине, – начала я.
