Танец со змеей полностью

Ведущий стражи нервничал, но оттого не замер, как истукан, а только приобрел вид серьезный и деятельный. Мимо него по мостику шастали стражники. Он дергал рукой почти каждого, но переговаривался лишь с тем, кто стоял рядом с ним.

– Какой я тебе господин? – Обратился стражник, когда сослуживец кивнул и развернулся. К этому моменту у закрытых южных ворот уже образовалась не самая плотная толпа. – Не для вас сигнал был. Расходитесь к Богам!

– Да не посылай ты, Тихон. Говори, зачем сигналили. Нам-то прок какой у закрытых ворот стоять?

Ведущий покривился, фыркнул будто бык.

– Солдаты там. Царские линейные. Идут походным по дороге. Со знаменами. Понятно? А теперь идите отсюда по домам и там сидите. И городской главе не мешайтесь на пути.

– Что им надо?

– А я почем знаю? Что, никогда в Древорате войска проездом не были или не квартировались? Идите уже!

И вправду, не было больше никакой нужды стоять у закрытых ворот. Да еще и по другую сторону от солдат на марше. Большинство собравшихся тут же засобиралось назад, улавливая по дороге запоздавших и пересказывая им последнюю новость.

– Ты знаешь, Ягада, – забыв о приветствии, Опойка обратилась к встречной женщине, – ты, наверное, бери весь свой выводок и иди к своим на хутор. А мужа оставь сторожем.

– Да с чего?!

– Солдаты там идут. На всякий случай семью свою пожалей.

– Так ведь наши они?

– Да какие угодно! Что им тут делать? А если глава управы на них не найдет. Без князя-то?

Опойка оставила мать семейства наедине с ее размышлениями, а сама еще быстрее направилась к себе домой. Там, из-за угла лечебницы уже выглядывала ее подопечная, обозначившая свое присутствие заметной копной несобранных черных волос развивающихся на ветру.

– Опойка, к чему сигнал внимания? – Буркнула она.

– Что?

– Дудкой, говорю, чего разминались?

– Солдаты, солдаты. – Слегка запыхавшись лекарка прошла мимо нее, чтобы обогнуть заборчик и зайти в собственный двор.

– Ну?

Гордей был рядом – сидел на веранде. От вольной ведущей он старался держаться на безопасном расстоянии, однако ее общества не чурался, а то и попросту молчаливо ходил за ней.

– В общем, это солдаты. – Отдышалась лекарка. – Царские. Они у южных ворот.

– Солдаты с юга?! – Вскочил богомол. – Я же говорил. Слышишь, Змея?! Боги! Слышишь?

– Кого ты змеей назвал, недобитый? – Отвлеклась Опойка.

– Меня. – Пояснила Октис. – Дальше что? Их впустят?

– Впустят. Может, покрутят немного. Главу дождутся. Но впустят быстро. Куда им деваться? Если войска захотят, то и обойти могут. В горы по узкому обходу, а затем сюда. Полдня – с гор забора нет.

– Да. Так и есть. – Задумчиво закивала Змея.

– Не парься ты так, Гордей. – Обратилась лекарка к парню. – Даже если они тут за богомолами. Тут кроме тебя никого нет. Да и у тебя что – на лице написано?

– А книги мои?

– Кому ты их показывать будешь? Да кто читать их умеет? Спрячем.

– А другой кто сдаст? Били меня все дружно – за просто так. С любого допроса и вовсе меня сдадут.

– Ладно. – Перебила их Октис. – Что бы они тут не искали, лучше я отсюда пойду.

– Оно-то, конечно, спокойней. Но куда тебе идти? Да и тебе-то зачем?

– У Гордея на лице не написано, а у меня – да. Не хочу вот так на глаза попадаться нашей армии.

– Так тебе-то она и наша как раз. Да еще и твоя – царская. Чего тебе ее боятся?

– Бывшая перволинейная. – Пояснила она. – Вольная ведущая. Баба. Да еще и в изгнании. С такой волей, что выдал нам Царь, да с тем, что Гордей говорит… на мне отыграются за любую припасенную обиду. Чтоб потом за кружкой пива всем рассказывать, что вертел перволинейную Змею как хотел. Даже если в платье переоденусь. Даже если щеку замажу. Не хочу! Не буду ждать, пока позарятся, и все к тому же сведется. Ухожу.

– Ну, ладно. Тебе лучше знать. И куда же ты пойдешь?

– От них – на север. – Октис помедлила. – Через лес. Иначе, и в правду так гору обойду.

Октис перевесила сумку с плеча Опойки на свое и направилась в дом за остальной поклажей.

– Эй, а как же я? – Неловко перегородил ей путь богомол.

– Ну да. Ты. Ну, иди…

***

Гордей поспешал за ней, пытаясь поудобней разместить неказистую сумку на плечах. Северные ворота впереди медленно закрывались. Стражники толкали тяжелые деревянные створы. Они не торопились – ни Гордею, ни Октис не пришлось просить их повременить. Путники успели аккурат к закрытию.

Со скрипом сомкнулись створы за их спиной. Впереди был только лес, поле, дорога. Октис развернулась и посмотрела на закрытые ворота, на молчаливых стражников над частоколом.

Она оставляет Древорат. Оставляет Опойку, оставляет хозяина питейной Паху, всех тех стражников, что спасли ей жизнь. Оставляет стражников, с которыми вопреки обыкновению не было ни стычек, ни конфликтов. Оставляет горожан, за которыми наблюдала через ограду лечебницы. Оставляет наедине с армией, которую все подозревают в излишней вольности. Теперь это только проблемы Древората. Его жителей. Но не ее.

– Я думал, тебя упрашивать на этот раз придется. На коленях за тобой ползать. – Прервал молчаливую сцену Гордей.

– Что?