На заре ее юности, через несколько лет после смерти родителей, Брагаль уже говорил ей об этом: однажды борьба Охотников против Клинков отступит на второй план. Клану придется сложить оружие и забыть о вражде. Алиенора тогда отреагировала на эти слова очень болезненно. В четырнадцать лет она поклялась на памяти об убитых родителях, что никогда не прекратит бороться.
Даже в детстве Охотница была готова горы свернуть, чтобы найти Хранителя, который убил отца и мать, когда ей было одиннадцать. Перед глазами девушки до сих пор стояло его лицо – без малейшего намека на человечность, лицо, в которое она поклялась взглянуть еще раз, чего бы ей это ни стоило. Время отодвинуло эту клятву на второй план, но девушка знала, что однажды она найдет человека, который разрушил ее жизнь. И тогда она убьет его.
– Алиенора, как развести костер?
Охотница отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на сидящего на земле Аэля. Перед ним была свалена куча хвороста, а он будто ждал, что пламя само любезно снизойдет на древесину с неба. С тяжким вздохом Алиенора опустилась на землю рядом с юношей и подобрала два пыльных камня. Она объяснила Аэлю, как ударить их друг о друга, чтобы высечь искру, а потом направилась сквозь высокую траву к речке, которую заприметила поблизости.
Аэль удивленно смотрел ей вслед. Его беспокоила такая лаконичность, учитывая, как остра на язык обычно была его спутница. Он постарался отогнать эту мысль. Настроение его напарницы вообще не должно беспокоить парня. Он решил сосредоточиться на камнях, которые ему дала Алиенора, и начал гадать, как это из простого камня может возникнуть огонь. Юный Хранитель поднял брови и швырнул булыжники через плечо. Он положил руку на кучу хвороста и отчетливо произнес громким голосом:
–
Столп пламени взметнулся в небо, и Аэль отлетел в заросли. Он поднялся, потирая обожженные запястья, когда Алиенора уже примчалась обратно к их стоянке.
– Ты что натворил?! – воскликнула она со сверкающими от гнева глазами.
– Сам не понимаю, как это вышло. Я ударил камни друг о друга, как ты и говорила, – и сразу вспыхнуло пламя, – солгал Аэль, чтобы она не догадалась, что он умеет колдовать.
К этому моменту огонь уже ощутимо уменьшился, вернувшись к нормальным размерам. Но Охотница все равно опасалась, как бы пламя не привлекло разбойников. Алиенора уже имела с ними дело и знала, что отделаться от них не так-то просто, а обзавестись такими врагами было не самой приятной перспективой.
Справа от девушки раздался какой-то шум – и она поняла, что действовать надо быстро. Если разбойники уже нагнали их, то наверняка следовали за ними по главной дороге.
Она повернулась к Аэлю и рявкнула:
– Бери меч и готовься драться!
– Зачем?
Юноша не получил ответа. Алиенора уже была наготове, ее тяжелый и слишком громоздкий для боя плащ упал на землю рядом с луком и колчаном. Аэль сразу понял – девушка собралась драться практически голыми руками.
– Ты уверена, что это верное решение? – скептически поинтересовался он, глядя на оружие на земле.
– Абсолютно, – ответила Охотница.
Аэль последовал ее приказу и, обнажив меч, встал к спутнице спиной.
«Ну что ж, у него есть представление об оборонительном бое, – подумала Алиенора. – Может, парень не так уж бесполезен, как кажется».
Худшие догадки девушки очень скоро подтвердились. Аэль сначала услышал треск веток и уже потом заметил разбойников в тени деревьев. Они держались в зарослях, за пределами лесной прогалины[3], чтобы оценить ситуацию. Алиенора насчитала десять человек: восемь окружили их, остальные двое держались в стороне, прикрывая товарищей со спины.
Разбойники, вооруженные кто кинжалами, кто мечами, неотвратимо смыкали вокруг них кольцо. На их лицах играли жуткие ухмылки в предвкушении легкой победы. Лучников в отряде не было, так что бой обещал быть даже короче, чем Алиенора рассчитывала. Когда расстояние между путниками и нападавшими сократилось метров до пяти, девушка отступила на шаг. Ее спина прижалась к спине Аэля, и тот вздрогнул от прикосновения. Она прошептала:
– В зарослях справа еще двое трусов. Разберись с ними.
– А ты?
– Справлюсь – не маленькая, – улыбнулась она.
Аэль не до конца поверил девушке, но в своих силах он не сомневался, поэтому без лишних вопросов двинулся в указанном направлении.
Один из разбойников попытался преградить ему путь. Его дерзость позабавила юношу, и он высоко занес меч. Нападавший сделал то же самое, оставив незащищенным живот. Хранитель стремительным движением вонзил в него клинок по самую рукоять и тут же отскочил к кромке леса. Жертва рухнула на землю, а из раны хлынула липкая кровь, обагрив траву. По венам Аэля побежал адреналин – он вспомнил, как любил сражаться.
Как любил побеждать.
Тем временем Охотницу обступили разбойники. Один из них выступил прямо к ней. Он был старше остальных – мужчине было не меньше сорока пяти, а его левую щеку пересекал уродливый шрам.
Разбойник взмахнул широким мечом.
– А мы-то хотели с вами по-хорошему. Но теперь чего уж церемониться…
