Охотники добрались до новой штаб-квартиры уже поздно и не меньше часа потратили, чтобы устроиться на новом месте. Диклан уснул прямо на диване перед огнем, проглотив целый горшок клубничного варенья с медовым хлебом. Алиенора заметила нежный и беспокойный взгляд Шарлезы – женщина явно хотела, чтобы мальчик стал одним из Охотников. Потом девушка всю ночь напролет обсуждала с ней последние новости столицы.
Судя по рассказу Охотницы, губительная власть Душ только укрепилась в сердцах людей, а Хранители не встречали сопротивления и неустанно сеяли ужас среди слабых. К тому же они начали выслеживать их укрытие, но Шарлеза нисколько не сомневалась – ни одному Хранителю не под силу затесаться в ряды клана. На протяжении всего обучения в Академии этих юнцов кормили ложью, которая вела их по ложному пути: Стражи искали отвратительных существ, едва ли имевших что-то общее с людьми и начисто лишенных нравственности. Ни один Охотник не подходил под это описание.
Алиенора выдвинулась рано утром, в последний раз бросив обнадеживающий взгляд на Диклана, еще спавшего в объятиях Шарлезы. Сев на коня, она ехала по городу, предаваясь безрадостным мыслям о предстоящем путешествии. Охотники часто работали в одиночку, но чтобы выжить, им нужно было держаться своих. Алиенора уже слишком долго странствовала одна, и даже ее верному коню Мистралю не удавалось скрасить ее приключения. Как раз в поисках компаньона она и прибыла на постоялый двор под названием «Болящие души».
Сделав большой глоток ликера, девушка вспомнила, как впервые оказалась здесь. Она только вернулась после первого настоящего задания – то путешествие длилось три месяца. Название таверны Охотнице сразу понравилось, и, не чувствуя в себе сил терпеть комментарии Брагаля или протесты Шарлезы, она решила отдохнуть одну ночь здесь. Хозяин по имени Вим заметил ее усталый вид и тут же распорядился приготовить для нее лучшую комнату и превосходное рагу, вкус которого Алиеноре так и не удалось забыть. За едой она рассказала владельцу о своем путешествии. А чтобы скрыть его истинную цель, выдала себя за странницу. Вим выслушал ее с широкой улыбкой и предложил ей ночевать у него каждый раз, когда она будет возвращаться в Ден’Джахаль. Так между ними зародилась искренняя дружба.
– Ну что, дочка, какие новости? – спросил он, подавая новый напиток юной Охотнице.
– Ни хорошие, ни плохие – как обычно. Разве что через несколько часов я отправляюсь на Большой Юг.
– В такую рань?! Сейчас я тебе рагу разогрею. Оно точно лишним не будет.
Солнце едва взошло, но девушка не возражала против того, чтобы отведать мяса сейчас – аппетит у нее был отменный. К тому же ей надо было набраться сил перед путешествием.
Вим ненадолго отлучился, а потом вернулся в бар с банкой миндаля в руках.
– Да ты меня знаешь как облупленную, – рассмеялась Алиенора, щедро зачерпывая себе орехов.
– Как тебя не узнаешь – ты ведь у меня частая гостья! Хорош бы я был, если б не запомнил, что ты любишь!
Они посмеялись, вспомнив, сколько вечеров провели вместе. Юная Охотница посмотрела на своего друга. Казалось, Вим не обзавелся ни одной новой морщиной, его седина сама по себе внушала окружающим уважение под стать его летам. Трактирщик был высоким смуглым мужчиной, который при всей своей суровости мгновенно таял от умиления при виде ребенка. Пускай Вим и обладал Душой, он был добр и человечен.
– Ну и куда ты отправляешься на сей раз?
– Маршрут у меня, как обычно, сложный. Сяду на корабль в Саль’Люине – надо продать кое-что на Лайюне.
– А знаешь, что на древневенальморском «лайюна» значит «ад»? Думаю, это просто совпадение, но ты все-таки береги себя. До меня жуткие слухи доходили о тех краях.
– Не переживай. И не из таких передряг выкарабкивалась. Я еще не рассказывала тебе, как однажды отбилась от целой орды волков в Пылающих горах?
В Академии было очень тихо. Шаги Аэля по вощеному полу гулким эхом разносились по коридору. Он решительно шел к тому, что считал своей судьбой, долгом Хранителя и смыслом своего существования. Юноша остановился перед огромной дверью. Его любимый учитель, господин Эврар, стоял у выхода, приняв благородную и горделивую позу. Профессор наградил его одобряющим взглядом, в котором читалось такое уверенное признание заслуг ученика, что Аэль перестал сомневаться в своих силах. Парень блестяще справится с порученной миссией. Он кивнул учителю в знак благодарности и обещания не подвести его и вышел, не произнеся ни слова.
