Я протиснулась ближе к сестре и сумела рассмотреть, что письмо написано не от руки, а напечатано на пишущей машинке. И вот что в нем было:
Дорогая Пенни!
Ты кривляка. Ты воображаешь, будто ты отличная староста, но это совсем не так. Староста из тебя как из газеты лодка. И балерина ты тоже никудышная, между прочим. Не быть тебе лучшей ни в чем и никогда. Ты всегда была, есть и будешь обманщицей, притворщицей, самозванкой и вообще человечком второго сорта.
Тебя никто не любит – неужели ты сама этого не видишь? Никто, включая твоих замечательных мамочку и папочку. Подруги тоже тебя не любили бы, да только нет у тебя настоящих подруг.
Подписи не было. Этель подняла с пола пустой конверт. Имени отправителя на нем тоже не было, только адрес школы и имя Пенни, напечатанные на пишущей машинке. И еще одна деталь: письмо
– Это, случаем, не ты написала? – спросила Надия, подозрительно глядя на Скарлет.
– Я? – удивилась Скарлет. – С какой стати?
– Потому что ты ее ненавидишь, – напрямую бухнула Надия.
– Но я же первой бросилась, чтобы прочитать письмо, разве нет? – поморщилась моя сестра. – А если бы я его сама написала, какой интерес был бы мне его читать?
– Верно, – согласилась Надия. – Но ты же не хотела нам его показывать. Может быть, улику пыталась скрыть?
– У меня есть вещи важнее, чем какие-то письма Пенни писать, – взвилась Скарлет. – Если нужно, я могу и так все прямо в лицо ей высказать!
С этими словами она сунула письмо в руки Надии и начала пробираться к выходу.
А я стояла в окружении девочек и слушала, что они говорят. Всех интересовало, кто мог прислать Пенни
– Может быть, это Вайолет письмо написала, – шепнул кто-то прямо мне в ухо.
Я подскочила от неожиданности, но оказалось, что это всего лишь Ариадна.
– Прости, если напугала, – улыбнулась она. – Ну могло же такое быть, как ты думаешь?
– В прошлом такое письмо было бы вполне в духе Вайолет, но теперь…
Мы обе посмотрели на Вайолет. Она выглядела отрешенной, словно совсем не замечала суеты вокруг себя. Сидела себе в уголке вместе с Розой и о чем-то тихонько с ней беседовала.
Я начала понемногу протискиваться сквозь толпу, собираясь отправиться следом за Скарлет.
– Но Пенни во всем обвиняла Розу, не так ли? – сказала Ариадна, шагая рядом со мной. – А Вайолет дружит с Розой.
– Думаю, что Вайолет это действительно злит, но все-таки не настолько, чтобы написать
– Слушай, может, нам найти Пенни? – неожиданно предложила Ариадна. – Посмотреть, все ли с ней в порядке.
– Ты серьезно? – остановилась я.
– Ну, она так сильно расстроилась. Письмо, которое она получила, – оно же просто… жуткое.
Знаете, порой Ариадна меня изумляет. Да-да, серьезно. И уж если эта девочка готова позаботиться о такой ведьме, как Пенни, значит, нет
Пенни мы нашли в туалете. О том, что наша староста здесь, нам сказали громкие всхлипывания, доносившиеся из одной из кабинок.
– Пенни? – негромко спросила Ариадна, постучав в дверцу кабинки.
– Уходи! – раздалось в ответ, а затем вновь послышались всхлипы и шмыганье носом.
– Мы пришли просто узнать, все ли у тебя в порядке, – пояснила Ариадна.
На несколько мгновений стало тихо, после чего Пенни резко распахнула дверцу. Ее щеки были залиты слезами, глаза опухли и покраснели.
– Если к этому приложила руку твоя сестра, я ее убью! – пообещала она.
– Брось, не писала она этого письма, – сказала я. – Честное слово, не писала.
Пенни мрачно посмотрела на меня и вдруг съехала по стенке на пол, словно ноги внезапно отказались ей служить.
– Ну-ну, успокойся. – Ариадна наклонилась над ней и похлопала по плечу. Похлопай так Пенни кто-нибудь другой, это выглядело бы как снисходительный или даже обидный жест, но у Ариадны все получилось совершенно искренне.
– Ну почему меня все ненавидят?! – простонала Пенни.
Вот тут мне пришлось крепко прикусить язык. На этот вопрос Пенни я могла бы не просто дать развернутый ответ – целую лекцию могла бы прочитать. Но я, слава богу, сдержалась – не стоит делать ей больнее.
– Держитесь от меня подальше, – сердито сказала Пенни, глядя на нас снизу вверх и размазывая слезы по щекам. – И если я только узнаю, что за этим стоит Скарлет…
Она сжала кулаки и потрясла ими в воздухе.