«Ох, ну вот я уже стала миледи. Того гляди, к началу осады станут именовать “Её светлость!”» — подумала девушка, направляясь к винтовой лестнице, ведущей в центральную башню.
«Классный я, конечно, ему дала совет. Ещё бы самой найти силы этому последовать. Я хочу жить, сейчас, когда я вышла, наконец, из подвала. Но почему это желание такое объёмное, многогранное? Я не могу придать ему единую форму».
***
Вернувшись в покои коменданта, Лана обнаружила Айра за столом. Тот, напряжённо морщась и шевеля губами, вчитывался в свиток. Услышав звук её шагов, он приветственно кивнул и отложил украшенное алым гербовым сургучом письмо в сторону.
— Давно ты научился читать? — приветливо поинтересовалась блондинка.
— Ещё два с половиной года назад, в офицерской учебке. И я тебе даже об этом рассказывал, но ты была слишком занята самоедством и редко обращала внимание на окружающих, — с усмешкой ответил Айр, сложив на груди могучие руки.
— Тяжело со мной было? — присев напротив, девушка наклонилась вперёд. Спрятанная под тонкой белой тканью рубашки полная грудь качнулась, а Лотаринг тяжело вздохнул. Похоже, в этот раз она его дразнила намеренно.
— Непросто. Сэра пыталась тебя расшевелить и потому вечно таскала по званым вечерам, особенно когда я был в разъездах. Мы всё перепробовали, чтобы вытащить тебя из болота, но без толку — ты ничего не хотела, кроме как отправиться на клятый север, чтобы исполнить свой долг. При том без конкретики по его поводу, так что у меня были серьёзные причины беспокоиться. И они всё ещё остаются, — протянув руку, Айр осторожно поправил её ворот рубашки, прикрыв от своих глаз объект вожделения, проглядывающий сквозь распахнутые верхние пуговицы.
— Сейчас всё иначе, Айр. Ульма не только нуждается в моей помощи, но еще и определённо знает, как я связана с севером и в чём заключается моё предназначение. У меня есть постыдные тайны, о которых никому, кроме неё, не известно. Даже тебе. Они связаны с моей прошлой жизнью. С моим отцом. И походом на север, во время которого произошла его встреча с мамой, — прищурившись, Лина перевела мерцающий фиолетовый взгляд на пламя свечи, танцевавшее над столом сотника.
— Я хочу знать. Не ради долга и чувства вины. Мне нужно разобраться. В причинах трагедии, сломавшей мне жизнь, — отрывисто добавила она, словно выбивая из себя самой показания.
Айр осторожно опустил ладонь на её судорожно сжатый кулак на столе. Вопросов он не задавал — о большей части истории парень и так уже догадался. Незачем было понапрасну ворошить прошлое. Так что он решил сменить тему и, нежно поглаживая её руку, кивнул на полученное недавно послание. Оно прибыло не с обычным почтовым голубем, коих Хардебальд завёл в замке, наученный горьким опытом прошлой осады. Нет, на этот раз прилетел сотканный из магии сокол — посланец последователей Любви.
— Тут мне письмишко прислали, — небрежно произнёс Лотаринг.
Словно вынырнув из кошмарного сна, блондинка судорожно вздохнула, а затем поинтересовалась:
— Донесения?
— Нет, приказы. Хардебальд пишет, что собирает армию, но среди баронов — грызня. Одни лорды ссылаются на других, и никто не хочет совать голову в петлю. Баронства выставили пять сотен и обещают ещё пять сотен через месяц, но этого мало. Он хочет, чтобы мы продержались полтора-два, — Айр немного помедлил и добавил, понизив голос:
— Согласно донесениям разведчиков, в этот раз твари играют по-крупному. Ими забит весь каньон, ещё сотни отрядов сейчас рыщут по Чаще. Не хочу сеять панику, но их там не менее десяти тысяч. Скорее всего — больше.
— У нас шестьсот человек, Айр. Старик всегда был немного мечтателем, но даже он должен знать, что мы столько не выстоим. Свежеватели не жнут и не пашут, они буквально созданы для сражений. Я видела парней из твоего гарнизона — это славные мужчины, но ещё вчера они стояли у плуга.
— Хардебальд это знает. Этого не могут понять остальные. Но есть и хорошие новости: через две недели к нам должно прийти подкрепление — сотня латников и десяток магов Ларийской школы. Под предводительством барона Гофарда.
— Я думала, что с ним случилась трагедия? — немного наигранно спросила Лана, усевшись на кровать и, устало упав на спину, потянулась. Тело приятно ныло после тяжёлого дня.
— Старший месяц как умер. Как поговаривают — от удара, настоящие причины постарались замять. Это случилось после встречи с неким бароном Грейсером. Кстати, не знаешь, где он?
— Понятия не имею! А Гофард-старший был мерзкий похотливый старикашка. И пускай он был другом отца — туда ему и дорога. А вот его сына я плохо знаю. Он вроде с отличием прошёл столичную военную академию и весьма высокого мнения о своих способностях?
— Так и есть. Хардебальду пришлось пойти на некоторые уступки. Так что этот парень займёт мой пост коменданта, — как можно безразличнее произнёс Айр, с помощью железной дисциплины погасив разгорающийся гнев, прежде чем она успела бы его почувствовать.
