Мойше, Изе, а вслед за ними Илрон, приставник и маг прибежали на площадь, когда драка уже началась. Два огромных волка, серый с красными глазами, и снежно-белая волчица, метались по всей площади, стараясь вцепиться зубами друг другу в горла. На снежно-белой шерсти Лианны виднелись кровавые потеки от сильных укусов и ударов врага. Но и серый тоже был изранен. Стальными зубами волчица оторвала ему половину хвоста, а когти разодрали морду и тело утерянного. Но он был по-прежнему неимоверно силен и ловок, даже как для оборотня. К тому же, волчице еще приходилось отбиваться от мертвецов. Одному из них она оторвала руки, а он все равно, упорно шел вперед.
В окружающих домах, за запертыми ставнями, люди зажигали свет, но никто из них не выходил. Они даже боялись подойти к окнам, и посмотреть в щель.
— Это не умертвия. — Пробормотал Изе, глядя на мертвеца, которому Лианна сильным ударом стальных когтей оторвала нижнюю половину тела. Тем не менее, мертвец продолжал ползти на руках к волчице, стараясь укусить ее за хвост. Вторая же половина на глазах превращалась в труху.
— Это вообще черт знает шо. — Так же ответил Мойше.
Изе навел свое оружие на мертвеца, который уже занес свей кривой ятаган над шеей Волчицы. Грянул громоподобный выстрел, и наконечник от стрелы пробил сияющий золотым светом знак на шее мертвеца. В тот же миг его тело превратилось в прах.
— Бейте по сияющим знакам! — Крикнул Илрон не понятно зачем, и достав короткий меч, который ему подарил местный маг, бросился в бой…
От сильного напряжения лапы были как каменные. Глубокие раны пекли огнем. В пасти был неприятный привкус волчьей крови.
Не смотря на сильные удары когтистых лап, серый волк не сдавался, хоть с каждым мгновением терял все больше сил.
«Еще чуть-чуть, нужно подождать и он будет повержен.» — Сказала себе Лианна, и с силой вцепилась стальными зубами в холку утерянного. От сильной боль волк взвыл, и резко извернувшись, ударил когтистой лапой по морде Лианы, в пасти которой остался кусок лохматой шкуры. Потом серый сделал неимоверный разворот, нанес еще несколько ударов, и отбросил Волчицу.
От неожиданности Лианна упала на спину.
Серый волк бросился на нее, но Волчица вовремя среагировав, встретила его в полете, и сильным рывком прижала врага спиной к земле. В тот же миг стальные зубы сомкнулись на горле поверженного.
— U gorra ami. It ua territ, teike no killing ami.
Лианна тяжело дыша ослабила хватку, и посмотрев в кровавые глаза поверженного врага, произнесла:
— Uak u gorrs or set lian?
— U no anderwol, it siles ami.
Договорить Волк не успел. Огромный огненный шар прилетел из ниоткуда, испепелив его и разорвав на части. Лианна едва успела отскочить, но мощный взрыв бросил ее через всю площадь, ударив о стену одного из домов с такой силой, что несколько толстых, сосновых бревен не выдержали, и треснули. Волчица слышала, как ломаются ее кости.
Удар вышиб воздух с легких оборотня, а сильная волна боли затмила сознание. Все это привело к произвольной трансформации, и теперь на пыльной площади в луже собственной крови, лежала израненная и побитая девушка с длинными, снежно-белыми волосами, испачканными грязью и свежей кровью. Новая волна боли, еще сильнее чем первая, вернула ей способность мыслить.
К Лианне подбежали Мойше и Илрон. Изе и маг в то время добивали оставшихся мертвецов.
— Что это было? — Превозмогая нестерпимую боль, спросила девушка-оборотень.
— Магия. — Коротко ответил умертвие.
— Но как?.. Почему я ничего… не почувствовала?.. — Говорить ей было трудно, и не только из-за боли. Предательское сознание все время пыталось увести ее куда-то во тьму. Лианне приходилось держаться из последних сил.
— Почему ты не убила его? — Спросил Илрон, подбежав к раненной подруге, после того, как последний мертвец был уничтожен. — У тебя ведь была прекрасная возможность. Тот маг явно целился в него, а не в тебя, и если бы ты убила его первым…
— Я… Я никогда не убивала… — Тихо прошептала Лианна, и тьма поглотила ее.
Сколько времени она уже сидит в этой проклятой тюрьме? В темноте, лишена света и связи с миром?
Инет не могла даже определить время.
Когда ни когда к ней приходил тот же тюремщик, в ржавых доспехах и с гнилыми зубами. Он приносил скудную еду: хлеб, воду и вонючее, недоваренное мясо, полное костей и сухожилий. Иногда в этом мясе были белые черви.
Сперва Инет не хотела есть эти «угощения», и выбрасывала их в ведро, которое менял тот же тюремщик, когда он приходил с новой порцией омерзительной еды. Но вскоре, голод о себе дал знать, и принцессе пришлось есть то, что дают. Сухой хлеб оказался не так уж плох, особенно, если его размочить водой. С мясом оказалось немного сложнее, но все же, если успеть выбрать червей, пока свет далеких факелов не угаснет, и тьма окончательно не воцарится в камере; зажать нос, чтобы не слышать вони — вполне ничего, есть можно.
Несколько раз Инет пыталась заговорить со своим тюремщиком, но его ответ всегда был один и тот же:
— Заткнись принцесса, или я поселю тебя в сортире.
В этот раз все вышло иначе.
