Хавьер улыбнулся Феоле (она и не подозревала, что некромант так умеет), приобнял Треси за плечи и развернул к выходу.
– Едем, любовь моя! Ритана Феола, я вас еще не поблагодарил, но слов тут недостаточно, а для дел у меня нет времени. Давайте сойдемся на том, что я должен вам любое желание?
– Отлично. Сделайте Треси счастливой – и мы в расчете, – кивнула Феола.
– Хммм… Хорошо, ритана. Но мы еще об этом поговорим.
Феола взмахнула рукой, и Хавьер кивнул ей в ответ. Долг он все равно признал, и просто так его не спишет. Жизнь – это серьезно, особенно для некроманта. Но они еще успеют это обсудить. А пока…
Пока Хавьеру надо ехать.
Потом они просто не пробьются по улицам, да и королевский кортеж войдет в ворота в десять утра.
Пока проход по улицам, пока отпевание, пока захоронение, пока все церемонии… тут уже и к вечеру будет. Надо торопиться.
– Фи?
Амадо подошел сзади, посмотрел вслед уходящему некроманту.
– Да? – развернулась Феола. И улыбнулась. Даже растрепанный, усталый, с кругами под глазами – все равно Амадо ей безумно нравился. И будет нравиться любым.
Старым, седым, с шестью подбородками и геморроем. Наверное. Геморрой она все же вылечить может, так что последнее – теория.
– Что там с некромантом?
– Хавьер? Он женится на моей подруге.
В ночные приключения Феола пока никого не посвящала – ни к чему.
Амадо только вздохнул.
Вот так. Подруге…
– Тереса?
– Да.
Второй вздох вышел еще более печальным. Но девушки действительно подружились, а значит…
– Будем дружить семьями.
Феола расцвела и поцеловала Амадо в щеку. Не прицельно, но крепко.
Следователь вернул ей поцелуй и усмехнулся. Он-то согласен. Интересно, что на это скажет некромант? Посмотрим, послушаем…
С утра в доме Наранхо было шумно и людно.
Рыдала Мария Наранхо – рыдала с вечера. С того момента, как непокорная дочь сбежала невесть куда. Она же… она молодая девушка! Вы себе представляете, сколько опасностей ее может подстерегать на улицах столицы?! Ее могут избить, изнасиловать, ограбить, украсть… и кому потом это разгребать? А кто будет деньги зарабатывать?
Успокаивал ее Хуан Карлос Наранхо.
Тереса взрослая, она умничка, она справится и вернется. Побегает, да и успокоится, должна же она понять, что замуж надо выходить вовремя?
Вот все выходят в семнадцать, а то и в шестнадцать?
Вот и Тересе пора! А то засидится в девках, кому она потом будет нужна?
Всю эту концертную деятельность поддерживал Пабло, который остался у Наранхо. Родители его отправились домой, гневно высказавшись, что Тересе придется у них долго просить прощения.
Их сын ей нехорош?!
А кого она себе ждет? Принца? Так испугается принц! Чай, не красотка, и вообще… сомнительная радость! Только и того, что семья хорошая, а сама девица… где это видано – бабе в морге работать! Ладно еще ателье – иголка самое их дело! Но в морге!
У некроманта!
Тьфу, гадость какая!
Поискать Тересу по городу? Пабло бы поискал, но уж очень больно было. Сначала. А потом и смысла искать не было, она небось, уже в пригород удрала. Или к кому из знакомых!
А он будет по ночному Римату бегать, как дурак? Чтобы нарваться на все то, что Тересу миновало? На ограбление, или еще на что похуже… разве только не изнасилуют. И то – могут на корабль продать, а там баб, говорят, годами не видят. Так что лучше умный Пабло посидит и подождет ее дома. Никуда Тереса не денется, побегает и вернется.
Тем более на работу ему сегодня не надо, его дежурство завтра. Время есть. Сиди – не хочу.
И Пабло еще больше зауважал себя, когда открылась дверь и в комнату вошла Тереса. Да не одна, а под руку с некромантом.
– Доброе утро. Папа, мама…
– Дочка! – вскинулась Мария. – Живая!
– Тереса! Ты понимаешь, что мать за тебя волновалась?! Ты, погань такая, чуть ее не до разрыва сердца довела!
Тереса смотрела на родителей достаточно спокойно. Это вчера она расстраивалась. А сегодня… сегодня они уже сами по себе, а она отдельно. Если их не интересует ее мнение, то Тересу тоже их мнение не заинтересует. Пусть родители делают, что хотят, пусть живут себе, она их даже навещать будет. С мужем. И помогать будет, хотя и в меру. Которую сама определит.
Но диктовать себе что делать, она уже им не позволит. Перебьются.
Пабло поднялся с места, подошел к Тересе и протянул руку… Хавьеру!
– Тан Карраско, спасибо, что привезли домой мою невесту. Триша, хватит всех этих глупостей. Хочешь поженимся сразу же после коронации?
– Невесту? – поднял брови Хавьер.
Треси зашипела сквозь зубы.
– Через его труп!
– Как скажешь, дорогая. Сеньоры, сеньора, хочу вам сообщить, что мы с Треси женимся. Сейчас она забирает свои вещи и переезжает ко мне. О месте и времени свадьбы я вас извещу. Лично.
Волна холода и могильной сырости от некроманта стала сильнее, захлестнула дом, заставила Хуана Карлоса задрожать и вскрикнуть от накатившего ужаса, а его супругу наоборот, заткнуться.
Пабло отшатнулся назад, но…
У него что – невесту уводят?! Его, личную?! Которую он уже и женой видел, и матерью своих восьми детей? И все мальчики?
Не-не, так дело не пойдет! И Пабло расправил широкие плечи.
– Тан некромант, негоже это!
