Разразился скандал. Высокопоставленные чиновники накинулись на Павла Грачёва, обвиняя героя афганской войны в трусости и пораженческих настроениях. Борис Ельцин выслушал спорщиков, а потом многозначительно произнес:
– Вот такая, понимаешь, чеченская загогулина. Очень я опасаюсь, как бы это не стало вторым Афганистаном.
Тем не менее Совет безопасности решил начать «маленькую победоносную войну» и поручил министру обороны в трехдневный срок разработать график победы.
Павел Грачёв докладывал план боевого похода на Грозный. Стоя у карты Северного Кавказа, он уверенно обозначал указкой маршруты движения войсковых группировок:
– Войска двинутся с трех сторон. С восточного направления – от Дагестана – пойдет Кизлярская группировка. С западного направления – от Северной Осетии через Ингушетию – проследует Владикавказская группировка. С северного направления – от Ставропольского края – двинется Моздокская группировка. Войска подойдут к городу Грозному по пяти маршрутам и блокируют его. Затем в течение трех дней планируется осуществить захват чеченской столицы. Еще неделя уйдет на зачистку кварталов от боевиков и стабилизацию обстановки. К концу декабря намечается успешно завершить операцию и Новый год встретить в президентском дворце – логове Дудаева.
Напротив карты сидел министр юстиции Юрий Хамзатович Калмыков и скрупулезно перерисовывал секретный план похода в блокнот. После совещания, которое завершилось единогласным утверждением плана, Калмыков позвонил своему заместителю по Международному черкесскому конгрессу и попросил организовать срочную встречу с Дудаевым…
Джохар Дудаев принял российского министра с распростертыми объятиями. После обмена любезностями поинтересовался, как тот добрался до Грозного и чем объяснить такую спешку.
– Джохар Мусаевич, прошу тебя не строить никаких иллюзий, – объяснил Юрий Хамзатович. – Вопрос уже решен: вот-вот грянет война.
– Ты в этом уверен?
– Абсолютно. Уже подготовлен план наступления российских войск и определены пять маршрутов движения.
Министр юстиции достал из кармана блокнот и развернул его перед Дудаевым. На исчерканном листе бумаги пять жирных стрел устремлялись к центру, обозначенному как город Грозный. Лицо Дудаева резко изменилось – исчезла холодная маска неприступности. Перед Калмыковым предстал человек, который вдруг осознал, что надвигается что-то непоправимое, что-то катастрофическое.
– Вопрос о войне решен, – повторил Калмыков. – Я не верю, что можно что-то остановить, но нужно попытаться.
– Я готов разговаривать с Ельциным, – глухо проговорил Дудаев и поблагодарил собеседника за оказанную услугу.
Этот поступок министра Юрия Калмыкова генералы назвали предательством, а либералы – подвигом.
В кабинете Александра Коржакова раздался телефонный звонок. Главный охранник российского президента снял трубку и услышал характерный чеченский говорок:
– Это звонит полковник Аслан Масхадов.
– Здравствуйте, Аслан Алиевич.
– Звоню по поручению президента Дудаева.
В ходе телефонного разговора выяснилось, что Джохар Дудаев восемь раз звонил в Администрацию президента России, просил срочно связать его с Борисом Ельциным, но внятного ответа не получил. Коржаков внимательно выслушал Масхадова и пообещал доложить о разговоре своему патрону.
Обещание главный охранник выполнил.
– Борис Николаевич, Вам докладывали о звонках Дудаева?
– Никто мне ничего не докладывал, – буркнул Ельцин.
– Дудаев готов к переговорам. Может, не будем начинать войну? Может, стоит еще поговорить? Кавказская война – такая поганая вещь! Мы всю жизнь с ними воевать будем. Они же сами предлагают диалог. Куда торопиться?
Ельцин насупил брови, помолчал.
– Нет! – рубанул кулаком по столу. – Грачёв сказал, что все решит за два часа силами одного десантного полка. Пусть действует.
Министр обороны Грачёв вертолетом вылетел в станицу Слепцовскую, чтобы в последний раз переговорить со своим боевым товарищем – генералом Дудаевым. Чеченцы встретили русских угрожающими возгласами. Генерал Грачёв с охраной еле-еле протиснулся в дом, где должны были состояться переговоры. Вскоре прибыл Дудаев. Толпа ликовала: раздались выстрелы в воздух. Дудаевские гвардейцы тут же разоружили охрану Грачёва. Первый чеченский президент подошел к российскому генералу – они обменялись рукопожатиями. Затем расселись вокруг стола: с одной стороны – Грачёв, с другой – Дудаев и полевые командиры с муллами.
