В районе Токсово командующий войсками Ленинградского фронта генерал армии Л. А. Говоров, член Военного совета А. А. Кузнецов, начальник политуправления генерал-лейтенант Д. Н. Холостов лично проверяли готовность танкистов к преодолению сложных препятствий. Применение танков-мостов, минных тралов, преодоление сложных заграждений на учебном поле в обстановке, приближенной к боевой, — все это было показано командованию. Мастерство танкистов было высоко оценено.
В 12-м учебном танковом полку, расположенном в Лесном, готовились механики-водители, командиры машин, наводчики. Помещения общежитий Политехнического института, его лаборатории превратились в боевую школу для тысяч танкистов. Командир полка полковник В. И. Михеев со своим штабом, опытными преподавателями сумели создать замечательную техническую базу, чтобы готовить подлинных мастеров боевых специальностей.
В ходе подготовки к наступлению особую трудность представляло сосредоточение ударной группировки войск на Малой земле — в районе Ораниенбаума. Этот участок фронта был отрезан от Ленинграда с суши. Пути по Финскому заливу просматривались и находились под постоянным огнем противника. Да и лед был не настолько толст, чтобы переправлять по нему артиллерию и танки.
В двадцати километрах северо-западнее Ленинграда находится поселок Лисий Нос, расположенный на берегу Финского залива. До войны он был излюбленным местом отдыха ленинградцев. На мысе когда-то была пристань, откуда пароходы отправлялись в Кронштадт. К ней подходила и ветка железной дороги.
В декабре 1943 года здесь накапливались войска для переправы на плацдарм. В окружающих рощах сосредоточились танки, артиллерия, боеприпасы. Днем на берегу запрещались какие-либо перемещения. Лишь с наступлением темноты к пирсу подходили корабли, на которые грузились боевая техника и воинские части. И потом без огней они отходили в сторону Ораниенбаума.
Командующий бронетанковыми войсками генерал В. И. Баранов, его помощники ночью, под ледяным ветром руководили погрузкой каждого танка. В темноте по обледенелому помосту с узкого пирса перебраться танку своим ходом на палубу корабля — дело трудное и опасное. Но танкисты с честью справились с задачей. 152-я танковая бригада (командир полковник А. 3. Оскотский) и 104-й танковый полк (командир подполковник Борисов) стали основной ударной силой армии на плацдарме.
В ночь на 14 января 1944 года я получил распоряжение выехать с группой офицеров в район Пулково. От Дворцовой площади до Пулково езды было всего час. На перекрестке дорог Пулково — Гатчина, Пулково — Красное Село мы были остановлены проходящими колоннами танков. Здесь же недалеко стояла группа офицеров-танкистов нашего штаба. Среди них начальник штаба полковник Н. А. Полевой. Когда я представился ему, он передал указания генерала В. И. Баранова объехать все маршруты выдвижения танкистов и принять меры по ремонту отставших танков.
Нас было четыре офицера с двумя мотоциклами.
Я с капитаном Строгановым выехал на первый маршрут, а капитаны Б. И. Кольцов и К. И. Лукин — на второй.
В километре от Пулково мы натолкнулись на два танка, стоявшие на обочине дороги. Первый был исправный, но задержался для оказания помощи второму, у которого произошло, по словам экипажа, замыкание электропроводки. Здесь же стояла ремонтная летучка из технического замыкания.
Я приказал командиру исправного танка следовать в заданный район, а сам попытался установить причину замыкания проводки.
Провозился долго, но обнаружить неисправность не удалось. Решил снова начать проверку электросети.
И вот неожиданность! Неисправность оказалась там, где ее меньше всего ждали: отломилась от провода клемма аккумулятора. Поскольку она была в металлической оплетке, обрыв трудно было заметить.
До рассвета обнаружил еще три неисправных танка. Стояли они недалеко друг от друга. Возле них «врачевал» майор Н. М. Кубраков, заместитель командира батальона по техчасти, знакомый еще по Невской Дубровке.
С этими танками дело оказалось посложнее. У одного заклинило двигатель. Молодой механик-водитель по неопытности допустил оплошность. У второго двигатель работал с перебоями, глох. У третьего разрегулировались тормоза, но эту работу Кубраков уже заканчивал. А вот с двумя остальными пришлось нам с капитаном Строгановым повозиться.
Почему заклинило двигатель? Найти причину никак не удавалось. Пришлось прибегнуть к методу, который не рекомендуется в подобных случаях — буксировке. Машину прицепили к танку, уже отремонтированному Кубраковым.
Двигатель завелся и работал нормально. Лишь стрелка масломанометра не качалась. Поскольку двигатель завелся при помощи буксира и работал на слух нормально, можно было предположить, что с подшипниками ничего серьезного не произошло. Быстро обнаружили и неисправность масломанометра — слабо затянутый штуцер приемника.
