Советское командование к этому моменту смогло сконцентрировать к северо-востоку от Житомира силы 60-й армии. В случае советского наступления у Красной Армии были неплохие шансы на успех, что могло закончиться возвращением города. Чтобы не дать развиться подобному сценарию, командование группы армий «Юг» отдало приказ ХХХХУШ танковому корпусу атаковать советские силы, которые собирались на участке фронта, ограниченном рекой Тетерев и шоссе Житомир — Коростень. Данное немецкое наступление застало советское командование врасплох. Некая нерасторопность в принятии решения привела к тому, что XIII немецкий армейский корпус смог начать наступление в направлении реки Тетерев, где он должен был сомкнуть позиции с ЫХ (59-м) корпусом. «Урегулирование ситуации» (так нередко назвались на немецком штабном языке наступательные операции) между Житомиром и Ко-ростенем стало новой задачей для «Лейбштандарта».
Наступление 1-й танковой дивизии СС на этом участке чуть севернее Житомира началось 2 декабря 1944 года. В тот момент рота тяжелых танков под командованием Клинга находилось в селе Силянщина. К 4 декабря 1943 года у Клинга осталось в распоряжении всего лишь четыре готовых к эксплуатации «тигра». Двенадцать боевых машин нуждались в текущем ремонте, а еще девять — в капитальном. В итоге из двадцати пяти «тигров» роты Клинга в боях могла принять участие только их шестая часть. Но даже при этом четыре-пять «тигров» могли быть грозной боевой силой. Все танки, прибывавшие из ремонта, тут же посылались в бой. В большинстве случаев им даже не давали возможности воссоединиться со своей ротой. Подобное рассеянное и распыленное использование «тигров» являлось головной болью для гауптштурмфюрера СС Клинга, который понимал, что ударная мощь танка могла проявиться только в группе подобных же танков.
Рольф Шамп вспоминал об этих декабрьских днях 1943 года:
