Его можно устрашиться, можно смутиться или обрадаться. Но для каждого он один. Не вступить на него – знит блуждать без дороги. Сначала мы выбираем путь, пом путь выбирает нас, и шагу не можем ступить в сторону. И, подобно тому, как группа интеллигентных людей спобна не спеша пройти через узкие двери, не толкая друг друга локтями, а лишь испытывая удовольствие от взаимной изысканной вежливости, так и люди, имеющие путь не мут помешать друг другу.
У того, кто имеет путь, времени всегда достаточно. Нежлив лишь раб момента, не имеющий знания вечности. Мы знаем, что легче просить за другого, чем за себя.
Легче заснуть спокойно, если кто обещал разбудить вовремя.
Легче настаивать на выполнении приказа другого, более авторитетного.
Легче отказать, ссылаясь на кого другого.
Многое легче, если за нашей спиной кто другой, более сильный и авторитетный.
Этот кто – наш путь.
Мы исполняем его волю и действуем от его имени.
Мы сильны, потому что он сильнее нас.
Мы умны, потому что он умнее нас.
Мы добры, потому что он щедрее нас.
Мы спокойны и решительны, потому что он всегда знает, что нам следует делать.
Наши слова полны правды и убедительны, потому что он дает нам свои слова.
Мы любимы другими, потому что он любит нас, осеняя свои теплом и силой.
Он – это наш путь.
Для каждого – свой, единственный. Нужны ли еще слова?
<p>ВЫБОР </p>Но скрытая возможность выбора в смерти открыта только для высокореализованных личностей. Только они прочитали эти мелкие буквы.
Для них – эта возможность.
Для них – эта возможность уместна и практична.
Непроявленное всегда ставит людей в ужасное поление, когда нужно выбирать. Люди хотят бесконеости, но в то же время хотят убежать от нее.
Идеи, лежащие в основе Тантры, очень просты. Человек по своей природе – это целостное существо. В нем нет «чаей», он един.
Более того, он сам – неделимая составляющая всего Существования. Но человек отождествляет себя только со своим умом. Ум разделяет, разлучает человека со всей остальной Вселенной, заставляя ощущать себя отдельным существом.
Также ум рассекает и самого человека на множество разных, порой противоречащих друг другу частей. Даже само разделение на внешнее и внутреннее – это продукт ума.
Тантристы тех времен считали, что именно преобладание различных частей тела руководит построениями и действми всего тела. Части, которые перестали нормально детвовать, тянут остальные части тела к хаосу.
Например, когда человек заболевает оттого, что съел какуо дрянь (например, кусок мертвечины умерщвлеого животного), то в этом случае настроение живота влияет на все остальное.
Смерть ликвидирует преобладание остальных частей. Она объединяет их сознание в одну единицу.
Обыватель думает о смерти как о трупе: тело с приаками разложения. Для тантриста же смерть – это объединяющий фактор.
Вместо того чтобы раздроблять организм, как это обычно происходит, смерть объединяет его. Для него смерть – это еще не конец всему, а конец преобладанию отделых построений в теле.
Для тантриста, когда происходит объединение: нет накого трупа, нет никакого разложения – их тела во всей полноте превращаются в энергию. Энергию, обладщую сознанием, которое не раздроблено.
Человеческие существа – это существа, собирающиеся умереть. Тантристы твердо придерживаются той точки зрения, что единственный способ ухватиться за ткань нашего Мира – это полностью принять этот факт.
Без принятия этого обязательного условия нашей жизнипоступки, да и сам Мир – все это будет безнадеым делом. То, что нас не убивае т, делает большую ошибку.
Когда тантристы только начинают свое путешествие, они становятся дерзкими и отбиваются от рук. Учителя всех времен говорили, что мысль о смерти является сой отрезвляющей мыслью в Мире. Отрезвляющей и беалостностной.
Безжалостность необязательно должна выражаться во внешней неприступности и жестокости. Это просто спокойное суровое внутреннее состояние, которое внешне может быть приветливым и любезным в зависимости от зачи.
Но внутренняя серьезность и трагичность от своего несовершенства, должны присутствовать в этом состоии. Это похоже на состояние воинов, идущих на верную гибель. Но это знание позволяет им с особой интеивностью прожить оставшиеся минуты жизни, прожить их полноценно, не для себя или других, но, понимая неоратимость судьбы, и открыто ее принимать, как бественную милость.
Жить каждый день надо так, будто этот день последний. Ведь однажды это окажется правдой.
«Главное в этой жизни – умереть красиво». Так записано в «Хагакурэ» * – («путь самурая»).
Можно выбрать дорогу, но дорожный налог может быть ве, чем ожидалось
