- Я не это хотел сказать. Ты знаешь, что у Вирджинии были обязанности в том числе по нашим объектам: она была совладелицей магазина, где ты работаешь, и после смерти Эли я обещал отдать ей театр… - сумасшедшая дернулась, как от удара током, сцепила руки в замок; ее наставница в далекой юности мечтала стать актрисой - и маленький театр, где последние годы работала, любила больше, чем кого-либо из людей. Она, должно быть, была бы счастлива стать его единоличной владелицей… - Теперь это все твое, как и деньги Вирджинии. Как распорядиться этим имуществом и ответственностью за него, решать тебе.
- Мое, значит, мое. Но у меня хреново с менеджментом и прочей дрянью, - честно сказала Сэм, подперев лоб сцепленными руками. - Даже считать меня Джинни научила.
- Значит, будешь учиться. Мы тоже не сразу все умели, но сейчас вполне можем поделиться знаниями и опытом. Какая бы помощь тебе ни понадобилась - ты ее получишь.
Призрак оглядела товарищей, словно ища хоть отголосок фальши в их лицах, и не нашла. Попыталась что-то сказать, но смогла выдавить лишь слабый писк. И - разрыдалась, громко, подвывая; скрученное болью хрупкое тело дернулось в сторону, рухнуло на сидящего рядом Дрейка; тот пошатнулся, но удержал равновесие - и обнял девчонку, крепче прижав к себе.
Хозяйка дома тихонько встала, двинулась к двери, поманив остальных. Остались еще вопросы без ответов, но их можно было решить и без участия мастеров.
Джеймс отделился ненадолго, затерявшись в недрах пятикомнатного логова Драконов.
- Ушел амулеты снимать?
Виктория отрицательно качнула головой:
- Контур, - каменные контуры на полу были безопаснее амулетов, но использовались ограниченно из-за недостатка мобильности. И их тоже нежелательно было держать долго.
- Кстати, о контурах, - бросила Драконесса, не оборачиваясь, - в театре не осталось ни одного целого. Зайди туда на неделе; оценишь объем работы и можешь сразу приступать к реставрации.
- Хорошо.
На кухне, временно лишившейся стола и оттого непривычно пустой, чуть подумав, достали спиртное: как бы там ни было, стоило отметить окончание операции. Да и Кайдан помянуть не мешало.
- Всем как обычно? - уточнила Ирина, взявшая на себя обязанности бармена. Каа, Сирена и погибшая Кайдан алкоголь употребляли только в из ряду вон выходящих случаях, поэтому им обычно не наливали; Лэнс не пил вообще, его подруга - редко и исключительно абсент. Все остальные особых предпочтений не имели…
- Мне не наливать…
Гарпия резко обернулась, уставившись на рыжую:
- Да ладно… ты что - снова?
Ведьма кивнула. Спиртным она не брезговала… обычно.
Гример хлебнула белого полусладкого прямо из горлышка:
- За это точно надо выпить… - и продолжила разливать. Сестрам Денали стоило забыть о возможной беременности, по крайней мере, еще на пару лет - а если точнее, до тех пор, пока верховный мастер не даст добро. Дракон же не мог пока позволить котерии лишиться даже одного информатора; все это понимали. Оставалось смириться и ждать.
Лана рассеянно смотрела на молодых женщин, мелкими глотками цедила абсент. И Тане очень хотелось узнать, о чем она думает.
========== Эпилог. Тысяча фунтов. ==========
В смешении воды и высоты
Идешь спокойно, медленно, не кроясь,
И кажется, раз улицы чисты -
Чисты у всех у нас душа и совесть.
Дмитрий Харатьян, “Первый дождь”
Прошло две недели. Так странно изменился облик театра…
Умерла Вирджиния Чайлд; на ее место, кажется, пришла какая-то малолетка. Хореограф видел ее мельком - драные джинсы, длинные лохматые волосы, невообразимо огромная майка… какой она завлит?! Даже смешно… Пару раз ее встречал какой-то высокий невзрачный тип; возможно, бойфренд или телохранитель.
Зачастила в театр рыжая торговка амулетами Виктория; ходила по всему зданию, что-то высматривала, что-то записывала в блокнот. Репетициям не мешала - и на том спасибо.
- Ваши люди? - как-то раз спросил он, придя домой.
Сирена ответила утвердительно, но тему развивать не стала.
Белла со своим Дорианом уехала в Америку. Эдвард передал ей через Ирину письмо для художественного руководителя American Ballet; с такими рекомендациями ей почти гарантировано было место в труппе, и хореограф был уверен, что его воспитанница на прослушивании покажет себя с лучшей стороны.
Все газеты писали об автокатастрофе, что унесла жизнь миллиардера Чарльза Мейсена; при этом театр, да и собственно зловещая пьеса, непостижимым образом проскользнули мимо внимания прессы. К этому, должно быть, стоило просто привыкнуть.
Но что-то не давало покоя, что-то царапало память… возможно, он и не вспомнил бы, что именно, если бы не наткнулся на скомканную бумажку в кармане куртки. На тонкой длинной бумажной полоске едва умещались телефонный номер и имя - Лэнс Сильвер.
Экстрасенс снял трубку сразу, словно ждал звонка:
- Мистер Каллен? Чем обязан?
- Мы могли бы с вами встретиться? Сегодня.
Маг назвал время - пять часов, - ресторан в двух кварталах от театра. И отключился.
