Пошел мокрый снег; женщина чуть запрокинула голову, подставляя ему лицо. Снежинки таяли на тонкой белой коже, длинных пушистых ресницах; шелковые волосы чуть потемнели от воды. Лэнс смотрел на нее и не видел ни искривленной спины, ни уродливых рук - только нежное до прозрачности лицо и глаза, светящиеся в тусклом свете фонарей.
Они медленно шли под руку по вечернему городу и молчали о недавних событиях:
“Ты не поверишь… мне, кажется, стало легче дышать.”
“Мне тоже.”
Им давно не нужно было слов, чтобы понимать друг друга.
