Риньярд что-то буркнул, заставив управительницу деревни пристально взглянуть на него.
- Тебе известно, что это за дом?
- Да.
- Ты тоже с полей?
- Да, почтеннейшая.
Она и Риньярд обменялись непонятным жестом правой руки. Глава деревни проводила гостей к их пристанищу и отворила дверь. Керрис сполз со спины Магриты и принялся отвязывать от седла свои промокшие пожитки.
- О ваших лошадях позаботятся. Обувь оставьте слева от входа, там есть место.
В темноватом домике пахло лекарственными травами, как у знахарки. Полы покрывали циновки. Шири разулись и поставили сапоги у входа. Круговой узор двери дважды повторялся на стенах передней комнаты. Риньярд что-то шепнул Калвину, и тот развел руками. Рыжий насупился. Он утратил свою привычную живость. Из передней в глубину дома вел коридор. За ним оказалась еще одна комната. У стены лежали соломенные тюфяки, напротив была печь, возле нее стояла деревянная лохань.
- В трапезной найдется еда, если вы голодны. Это в доме рядом. Может, что-нибудь еще нужно? Меня зовут Тэмис.
Она ушла. Айлин, вздохнув, начала освобождаться от дорожной одежды. Керрис сосчитал тюфяки-шесть. Дженси и Риньярду будет достаточно одного, и еще двоим... Он сбросил верхнюю подстилку на пол. Под окном стоял кувшин с маслом и две плошки.
В дверь постучали. Кел открыл и получил из рук Тэмис кубок с торчащими наружу стеблями, похожими на папоротник.
- Освежитесь,-только и сказала женщина, прежде чем вновь удалиться.
- Для кого выстроен этот дом, раз тут никто не живет, а приезжие редки?-спросила Дженси.
- Это родильный дом,-сказал Калвин.
- Вот как?-Дженси прошлась по комнате.-Очень приятно. Чего же ты так скис от этого?-спросила она Риньярда.
Рыжий стаскивал влажную тунику и сделал вид, что вопрос его не касается.
- Ответь.-Девушка остановилась перед ним.
- Ты же со мной не разговаривала.
- А теперь говорю.
Риньярд отвечал сердито:
- В моей деревне чужих не пускали в родильный дом, тем более женщин.-Он уселся на пол.
- Оставь его, Джен,-сказал Кел.
- Видно, дом не используют по назначению. Вот Тэмис и предоставила его нам. О чем горевать?
- Значит Риньярду есть отчего горевать,-мягко заметил Эриллард.-Чужих обычаев не обсуждают.
Айлин швырнула на пол рубаху.
- Будем ссориться?
- Нет,-вмешался Кел.-Уймись, Дженси. А ты, Айлин, взгляни-ка.
Оглядев стебли, торчащие из кубка, Айлин усмехнулась.
- Фетак!-Вытащила один и откусила с толстого конца.-Попробуй, Керрис.
- Что это?-Керрис потянул носом.
Кел протянул ему стебелек:
- Отведай.
Керрис послушно откусил. Зеленый тростник хрустнул на зубах. Вкус был необычен, но нравился. Он еще раз откусил и вернул тростинку Келу. Порывшись среди своих вещей, Керрис нашел свежую рубаху. Уселся на тюфяк и снял грязную, сожалея, что не захватил лишней пары штанов. Выручила Элли, бросив легкие штаны из хлопка на его подстилку.
- Мои подойдут.
- Спасибо,-Керрис стал переодеваться, переживая, что делает это в присутствии других, но старательно скрывал смущение.
Калвин собирал грязную одежду.
- Давайте сюда, я выстираю.
Промокшие туника и одеяло Керриса перекочевали в его руки. Лежа на тюфяке, Керрис не чувствовал измотанного тела, только рука ныла. Он боролся с зевотой, а шири протирали кинжалы. Кел соскребал ножом грязь с кожаных накладных штанов. Айлин подсела к нему.
- Спать в постели, как это приятно. Чувствуешь себя почти как дома.
Кел что-то промычал.
- Не кисни. Скоро доедем, всего два дня осталось.
Керрис нежился от прикосновения к телу сухой и чистой ткани и улыбался в потолок. Все-таки хорошо засыпать не под открытым небом.
- Мне надо бы оказаться дома сейчас,-с неожиданной тоской в голосе сказал Кел.
- Почему?
Разговор докучал Керрису. Он закрыл глаза.
- Я чувствую какое-то нарушение связей. Что-то случилось.
- И это не пустяк?
Нож скреб по коже, убаюкивая, кр-р, кр-р. В такт скрипению кожи звучал голос Кела:
- Я-не-знаю-что-случи...
Вечером пришла Тэмис.
Трапезная, в которую она пригласила гостей, оказалась просторной комнатой, отделенной перегородкой от кухни, наподобие зала в Торноре. В трапезной стояло десятка два столов. Помещение освещалось плошками с маслом чоба. Калвин направился к стойке, за которой выдавали еду. Он вернулся к рассевшимся друзьям с подносом, заставленным едой-сыром, ветчиной, стеблями фетака, хлебом и супом. В бульоне плавали длинные беловатые полоски, похожие на шнурки.
- Что это?-спросил Керрис у Кела.
- Изделие из теста, называется лапша.
Сидящие в трапезной мало интересовались приезжими. Между столами с визгом носились дети. Женщина, сидевшая в углу, выпускала изо рта дым. Сизые облачка плыли в воздухе, распространяя сладковатый запах.
- Привет,-услышал Керрис. Он оглянулся и увидел рядом с собой мальчика. Темные глаза серьезно и внимательно изучали его. Мальчуган был смуглокож и черноволос. Его немытой головы давно не касался гребень. На коричневой рубахе алела вышивка.
- Привет.
- Как тебя зовут?-спросил малыш.
- Керрис.
- Где твоя рука?
- Мне ее отрубили, когда я был совсем маленьким.
Собеседник наморщил лоб, обдумывая услышанное.
- А кто отрубил?
- Да так уж случилось.
- Больно было?
