Это было разочарование. Денег мне взять совершенно негде. Я уже собиралась уходить, когда он добавил:
— И еще одно. Постарайтесь не отвлекать меня по пустякам. Вам в ту сторону, — он кивнул на восточный коридор. — Дальше ключ поможет.
— Спасибо, — бросила через плечо.
Я направилась в сторону восточного крыла и вскоре заметила вывеску, подтверждающую, что дошла. Чем дальше я продвигалась, тем темнее становилось. Мне пришлось подходить вплотную к каждой двери, чтобы рассмотреть номера. Жутковато. Наконец, я нашла тринадцатую комнату. Она была пуста, как и говорил куратор, но хотя бы немного освещалась светом из окна под самым потолком. Пять старых кроватей, которые, казалось, скоро развалятся. Большой, но перекошенный шкаф. И голая лампочка, которая не загорелась даже после того, как я прикоснулась к ней ключом.
Мысли снова вернулись к вопросу о работе. Без дохода я долго не продержусь, а студентам работать запрещено. Это означало, что никаких вакансий для нас здесь не предусмотрено — весь персонал наверняка набирают где-то за пределами академии. Но я ведь видела объявление на станции: искали дежурного, правда, только мужчину. А что, если использовать свои способности и притвориться? Никто и не заподозрит, ведь я из смешанных.
Эта идея заставила меня улыбнуться.
Прежде чем как следует задуматься о работе, я направилась к кладовке. Выйдя в коридор, вскоре оказалась у старой деревянной двери с облупившейся краской. Открыла ее, и меня сразу обдало потоком застоявшегося воздуха. Внутри царил полумрак, повсюду пыль. Единственным источником света был слабый луч, исходивший от моего ключа, который слегка освещал полки, покрытые паутиной и заваленные старыми, никому не нужными вещами. Я пробежала взглядом по кладовке в надежде найти хотя бы лампочку, но вместо этого наткнулась лишь на ворох старого постельного белья.
«Ну и место», — подумала я, вытаскивая тяжелую серую простыню. Выйдя в коридор, я хорошенько встряхнула ее, но тут же закашлялась, когда пыль взвилась густыми клубами в воздух. Пожалуй, это было лучшее, что я могла здесь найти для своей кровати. Величественная снаружи крепость внутри оказалась пустой и холодной. Или такие условия только для смешанных? Когда пыль осела, собрала белье в охапку и направилась обратно в комнату. В животе заурчало, и я осознала, что до сих пор не поела.
Заправила кровать и отправилась на поиски столовой. Ключ, который мне дал куратор, висел на шее, холодным металлом касаясь кожи. Я нажала на желтую стрелку, выгравированную на медальоне, и тихо назвала нужное место. Через несколько мгновений он слегка засиял, и теплый свет показал направление. Путь был ясен.
Чем дольше я шла, тем больше привыкала к полутьме, которая окутывала коридоры. Интересно, здесь всегда так? Или, может, все изменится, когда начнется учебный год? Звук моих шагов эхом разносился по коридорам, а с картин, висящих вдоль стен, на меня словно смотрели десятки глаз.
Наконец, пройдя мимо пустоглазого дворецкого, я добралась до столовой. Вместо оживленного места с шумом и суетой я обнаружила лишь длинные ряды столов — ни одного человека, ни единого звука.
Я огляделась, но вариантов было немного. Пришлось подойти к дворецкому и спросить о еде. Он медленно повернулся и холодно бросил:
— Можешь приготовить себе сама.
И снова замер как статуя.
Поняв, что сегодня я отправлюсь спать голодной, вернулась в комнату. Мысли о работе не оставляли ни на минуту. Это был шанс продержаться. И единственная вакансия — дежурный на станции.
В конце концов, в моих жилах текла кровь Хранителей, и я отлично владела искусством иллюзий. Я могла спрятать что угодно — от предметов до людей, включая себя. Умела менять внешность так, что даже лучшие Поисковики не узнали бы меня. И учитывая, что в моей крови была и их сила, я знала, на что они обращают внимание. Моя магия позволяла полностью измениться, стать непохожей на саму себя. Но никто бы даже проверять меня не стал — смешанные, по общему мнению, ни на что не годятся. Такое предвзятое отношение отлично работало на меня. Пока они смотрели мимо, я могла действовать без страха.
Правда, был один человек, который мог бы разоблачить меня, но он находился далеко отсюда. Хотя бы он мне совершенно не угрожал.
Я прилегла на кровать, закрыла глаза и даже не заметила, как заснула. Проснувшись, не могла сообразить, какое сейчас время суток. Все вокруг казалось таким же — те же полутьма и тишина, застывшая в воздухе. Я потянулась к ключу, который висел на моей шее, — на его поверхности светились дата и время. Удивительно, наступил следующий день. Первое, что пришло в голову: а была ли вообще ночь?
Не желая тратить время на эти странные размышления, вскоре уже стояла в лифте, который медленно спускался с горы. Снаружи все та же тонна снега и льда, но теперь она казалась менее враждебной.
