– Игрушка, – сказал Николас, держа эту вещицу со странным почтением. Его обычная суровость исчезла, он печально улыбнулся. – Детская погремушка, оставшаяся со времени, когда девочка была младенцем, и, скорее всего, положенная сюда ее матерью.
– Так давно… – мягко прошептала Джейн. – Сколько лет назад, доктор Валлас? – Она задала вопрос машинально, почти что ожидая, что он будет проигнорирован. Но Николас ответил тем же тоном, что и она:
– Три тысячи лет, миссис Бриант. Спустя три тысячи лет вы подняли эту вещь.
Это была пугающая, захватывающая мысль. Наверное, никто не дотрагивался до погремушки с тех пор, как мать маленькой принцессы в горе положила ее рядом с дочерью.
Джейн машинально тряхнула ею.
– Она довольно шумная. – Девушка на время забыла о конфликте между ней и Николасом и снова встряхнула погремушку – на этот раз слабее. С ее губ сорвался короткий смешок: – Я полагаю, родители маленькой принцессы часто просили ее быть чуть потише.
– Наверняка, – согласился Николас, и Джейн, быстро взглянув на него, удивилась тому, что он снизошел до подобного разговора с ней. Но через мгновение она решила, что поняла почему. Из-за новой работы, которая вынуждала ее находиться в тесном контакте с Николасом. Вероятно, он чувствовал себя обязанным быть хотя бы формально дружелюбным по отношению к ней ради остальных.
– Надо же, они, оказывается, знали о бронзе. – Паулина стояла у стола, на котором были разложены сокровища. – Этот меч прекрасен.
– Жители Микен были людьми позднего бронзового века. – Странная резкость тона Николаса заставила Джейн опять поднять глаза и посмотреть на него. Она впервые услышала раздражение в голосе доктора Валласа, когда он говорил с Паулиной. – Они даже знали о железе, хотя относились к нему в то время как к драгоценному металлу.
Паулина вспыхнула и замолчала, но послала Николасу взволнованный взгляд из-под ресниц. Она выглядит очаровательно, подумала Джейн, решив, что Николас вполне мог увлечься ее подругой. Девушка размышляла о том, какими будут ее собственные чувства, если это действительно так.
– Когда микенская культура пришла в упадок? – поинтересовался Гай, беря меч из рук Паулины.
– Около тысячи лет до нашей эры микенская цивилизация исчезла.
Стюарт покачал головой:
– Трудно поверить, что такая цивилизация, как эта, могла исчезнуть.
– Она была побеждена другими. – Николас пожал плечами. – Подобное сплошь и рядом случалось в истории, так будет и в будущем.
Рядом с Джейн стояла крохотная золотая богиня, и девушка взяла ее. Гай склонил голову и стал рассматривать статуэтку вместе с ней.
– Правда ли, что микеняне больше превозносили женщину, то есть, я имею в виду, относились более почтительно к богиням, нежели к богам?
– Это верно. – По непонятной причине Николас взглянул на Джейн, и в его голосе зазвучали отчетливо различимые саркастические нотки, когда, как считала девушка, он добавил без всякой необходимости: – Но с исчезновением микенян ситуация стала прямо противоположной. Вместе с дорийскими завоевателями пришло доминирование мужского начала, и за последующие три тысячи лет нас приучили к этому.
Гай скорчил гримасу:
– Не уверен, что сегодня она еще актуальна. Мир быстро меняется. Я не удивлюсь, если мы вступаем в эру, где доминировать снова станет женщина.
Николас посмотрел прямо на него.
– На Западе возможно, – уступил он с безучастным видом. – Но эти перемены никогда не затронут Восток и конечно же Грецию.
Паулина быстро взглянула на него, и Джейн каким-то образом почувствовала, что подруга была несколько напугана, хотя причин для этого, казалось, не было.
Много позже, когда они все отдыхали около хижины на открытом воздухе, Гай вспомнил вопрос о женском превосходстве, который Николас намеренно замял, не вдаваясь в подробности.
– Ему совсем не понравилась эта мысль, – смеялся Гай. – Но с другой стороны, как же могло быть иначе, ведь он сам такой властный.
– Я в этом почти не разбираюсь, – вставил Стюарт. – Не знал, что женщины доминировали когда-то.
– Так и было. – Тим разбирался в подобных вещах, и вся компания выжидательно посмотрела на него. – Конечно, это было в очень давние времена, – продолжил он глубокомысленно. – Видите ли, как ни трудно нам в это поверить, тогда еще не понимали, что мужчина тоже играет роль в продолжении жизни. Великая богиня земли была главенствующей, ей поклонялись, ее боялись, ей подчинялись бедные мужчины, которые, как вы можете представить, чувствовали себя очень ущербными. Если бы не женщина – и только женщина, – весь человеческий род выродился бы. У богини были любовники, но считалось, что все это только для удовольствия, так как понятие отцовства еще не вошло в религиозное мышление.
– Но они должны были знать, – нахмурилась Джейн. – Люди… э-э… люди женились, и, следовательно, должны были возникнуть ассоциации… – Она затихла, и Гай сказал, смеясь:
– Они должны были сообразить, ты это имела в виду? Это логичное предположение, но Тим говорит, что они не понимали.
