Он диктовал ей, а Паулина сидела на противоположной стороне стола, время от времени поднимая голову, и улыбалась. Доктор Валлас продолжал говорить, и девушка вынужденно склонила голову.
Внимание Джейн переключилось на живописную картину, открывающуюся перед ее взором. Вдали можно было различить великую Микенскую крепость, ее цвета меди камни, сливавшиеся со скалистыми горами, возвышавшимися с обеих сторон. По узкой извилистой дороге рядом с мужем, удобно устроившимся верхом на осле, брела крестьянка. Холмистая местность кругом была усеяна старыми оливковыми деревьями и липами. Сколько неизведанных сокровищ хранят в себе эти холмы, думала Джейн. Толосовые захоронения, внешне напоминавшие огромные улья, за много веков покрывшись лёссом и растительностью, превратились в часть ландшафта. Так было и в Кноссе. Из глубин самого обыкновенного зеленого холма появился великолепный дворец, в котором, как говорили, было около тысячи комнат. Предполагалось, что здесь поблизости похожий холм скрывает в себе еще более роскошный дворец, пока никем не потревоженный, погребенный в земле в результате какого-то стихийного бедствия, случившегося в древние времена.
Глаза Джейн вдруг засияли. Она увидела, как Стюарт отошел от других работающих и направился к ней. Он был красив и высок, с голубыми, как и у Джейн, глазами. В отличие от остальных, он не приобрел сильного загара – его кожа была слишком светлой и быстро обгорала на солнце.
– Ты напоминаешь одинокую богиню, сидящую на рухнувшем пьедестале, – засмеялся он, присаживаясь рядом с Джейн. – Может ли простой смертный нарушить ваше величественное уединение?
– Дурак! – Девушка рассмеялась и машинально взяла его под руку, не догадываясь, что мужчина, сидевший за столом неподалеку, заметил этот жест. – Как идут дела? Вход уже открыли? – Сама Джейн занималась сложной работой по очистке мелких находок. Грязь на них с течением веков затвердела и почти превратилась в камень, что делало ее задачу еще более трудной и кропотливой.
– Почти. – Стюарт смотрел на одного из наемных рабочих-греков, который работал над входом в последний толос. – Было так интересно, когда доктор Валлас дал разрешение начать работы.
– Я уже начала думать, что этот день никогда не наступит. – Ее тон был резким и холодным. Жених удивленно взглянул на Джейн. – Я полагала, мы возьмемся за эту гробницу сразу же по приезде, но прошло три месяца, и только сейчас доктор Валлас решил открыть ее.
– Это естественно. Он хотел сначала разобраться с остальными. – Стюарт замолчал на мгновение. – Похоже, что бы ни делал доктор Валлас, твоего одобрения ему не заслужить.
– Мне он просто не нравится, вот и все.
– В таком случае я не могу понять почему. Он бывает резок и он эксплуататор, это точно, но мы все к нему хорошо относимся и уважаем, хотя и ворчим время от времени. Но ты… ты ни разу ничего хорошего не сказала о докторе Валласе.
– У нас взаимная антипатия, Стюарт, и признаюсь, я подумываю о том, чтобы вернуться домой. – Джейн говорила обиженно, вспоминая те случаи, когда ей приходилось выслушивать критику доктора Вал-ласа. Ведь она знала, что работает добросовестно и с крайней осторожностью, но каждый раз оказывалась именно тем человеком, кому доставались все шишки. Казалось, ее выбрали козлом отпущения. Зная, что с Николасом Валласом придется работать целый год, Джейн решила, что будет лучше, если они поладят друг с другом, и делала все, чтобы быть вежливой, хотя временами это было почти невозможно. Однако относиться к нему почтительно, как Паулина, она отказывалась, и в результате даже малейшие признаки дружелюбия между ними исчезли. Джейн обожала свою работу и понимала, что уезжать будет нелегко, тем не менее не могла себе представить, как можно оставаться на раскопках при сложившихся обстоятельствах.
Стюарт смотрел на нее с изумлением.
– Вернуться домой? Джейн, что-то случилось? Ты не можешь нас всех подвести. Если ты уедешь, то и мы должны будем последовать за тобой.
– Вы с Паулиной могли бы остаться.
– Ты прекрасно знаешь, что, если ты уедешь, я поеду с тобой. – Джейн ничего не сказала, и он продолжил: – Ты много раз говорила, что тебе нравится работать здесь, что тебе нравится в Греции.
– В Греции? – повторила она горько. – Я ее не видела.
Стюарт нахмурился:
– Ты же и не рассчитывала на то, что это будет туристическая поездка. Что случилось, Джейн?
Девушка в нерешительности посмотрела на свои руки. А потом перевела взгляд на Паулину, та купалась в лучах благосклонности «великого» человека.
