Янис, возможно, окончательно поник бы и постарался не отсвечивать, но тут взыграли гордость и обида — да, он не такой талантливый, у него гораздо меньше опыта. Но это же не повод смотреть настолько свысока! Поэтому горгона, напротив, расправил плечи, натянул на лицо отстранённо-вежливое выражение и усилием воли заставил волосы заплестись в сложную косу. Причём одну прядь «забыл» превратить из змейки обратно в волосы, и та экзотическим украшением оплетала причёску. Вот ещё, будет он расклеиваться перед какими-то остроухими!
— Вы действительно так считаете? — оторвал его от подобных мыслей хрипловатый напевный голос, столь разительно отличающийся от чистых, звонких голосов эльфиек.
Горгона обернулся: говорили совсем рядом с его нишей, а ведь посетителей у него немного. И в пику остроухим хотелось заинтересовать кого-нибудь своей «пещерой». Но необходимости в этом не было, говоривший как раз стоял напротив платья, задумчиво сцепив руки за спиной.
Вопрос был явно обращён к горгоне: посетитель чуть повернулся к нему и кивнул на платье, вопросительно приподняв тонкую бровь.
— По-вашему, Хозяйка была в родстве со светлыми эльфами?
— Эльфами? — Янис искренне удивился. — Нет, я так не считаю. Наоборот, все исследователи сходятся на том, что этот образ произошёл от древних языческих богинь, в частности божества Касаль, чья коса связывала небо и землю… А почему вы сделали такой вывод?
Остроухий — а любопытный посетитель тоже принадлежал к потомкам этой расы — легко усмехнулся и указал на ту самую косу, чей кончик сейчас изящным витком лежал у подола платья, будто и не каменным был.
— Прошу извинить за поспешные выводы: меня ввело в заблуждение чисто светлоэльфийское плетение.
— Оу, — вот теперь Янис смутился уже по-настоящему. — Не знал, я просто нашёл красивое плетение в сети… Спасибо, что указали мне на это. Надеюсь, использованные мною цветы не входят в чей-нибудь герб?
Горгона вовсе не иронизировал, его и в самом деле интересовал ответ на вопрос. А то так окажется, что он причислил Малахитницу к какому-нибудь Высокому Дому, и замучаешься доказывать, что не ифрит.
— Нет, насколько мне известно, такое сочетание не встречалось ни у кого, — покачал головой эльф.
Подойдя ближе, он поднял руку, будто хотел коснуться ящерки, украшавшей рукав платья, но лишь осторожно огладил воздух над ней тонкими, чуткими пальцами. Янис невольно залюбовался этими руками. Такие бы да из камня сотворить…
Эльф вообще был интересен. Не светлый и не тёмный — детей этих двух народов обычно называли сумеречными, — он взял от обоих всё самое лучшее, как это часто случалось с полукровками. Смуглая, скорее, сероватая, но приятного тёплого оттенка кожа и бледно-бледно-золотистые волосы, заплетённые в такую косу, что и Хозяйке впору было позавидовать.
Вежливо кивнув молодому скульптору на прощание, он ушёл, с удивительным безразличием пройдя мимо уже повернувшихся было к нему эльфиек. Похоже, живые цветы его не сильно привлекали. А вслед за сумеречным как-то незаметно начал подтягиваться и прочий народ. Похоже, жюри закончило с оценкой проектов в центре зала и теперь смещалось к окраинам, а вслед за ними и любопытные посетители. Особого ажиотажа проект Яниса не вызвал, но и совсем без внимания не остался, получив свою долю восхищённых ахов от девушек, просьб продать ящерок или подарить цветок. Ян меланхолично отвечал, что ему очень жаль, но всё после церемонии награждения — таков регламент. Не то что бы он всерьёз рассчитывал занять какое-нибудь место, просто не хотелось отдавать выпестованные статуэтки всем подряд. Лучше уж тогда друзьям и родственникам раздарить.
Стоило отдать должное организаторам, церемонию награждения сделали очень красивой, яркой и интересной. Даже торжественные речи, являющиеся бичом любого официального мероприятия, не утомляли, будучи короткими, ёмкими и немногочисленными. Кроме этого, упомянули несколько особо интересных проектов, напомнили победителей предыдущих этапов — кстати, Арин таки заработал себе четвёртое место благодаря зрительским симпатиям — и перешли непосредственно к объявлению победителей.
Первое место — и вполне заслуженно — досталось сильфу Эфаросу. Янис даже пожалел, что не выкроил минутки, чтобы сходить к центральным местам и увидеть эту красотищу воочию. Да, воздушный замок сильфа вряд ли был особо удобен в бытовом применении, но при взгляде даже на его голограмму дух захватывало ощущением какой-то сказки, воздушности, лёгкости. Так и казалось, что сейчас взлетишь, оставив все сомнения и заботы.
На занявший второе место проект он уже успел поглядеть краем глаза и потому признавал, что тот своего достоин. Русалка с булькающим незапоминающимся именем, похоже, была околдована земной твердью. Как иначе можно было объяснить, что в гигантском, неведомо как притащенном сюда аквариуме был бережно воссоздан пейзаж гористой долины?
