Поворачиваюсь к Назару и впиваюсь в его губы. Он стягивает халат с моих плеч и сминает обнажившуюся грудь, пропускает через пальцы сосок. Возбуждение импульсами разлетается по телу.
– Я бы на твоём месте не ложился с Варей в постель в полнолуние, – входит Богдан и садится за стол. – Новообращённые волки себя плохо контролируют и могут запросто убить человека. Сам знаешь.
– Человека? – хором спрашиваем мы с Назаром. Он поспешно натягивает на меня халат.
– Человека! – передразнивает нас Богдан. – В формуле вашей крови, мой дорогой альфа, волчатинки не обнаружено.
– Ты с ума сошёл! – глаза Назара вспыхивают огнём, но остаются зелёными. – Этого не может быть.
– Веришь, нет, сам в шоке, – Богдан хищно смотрит на меня. – Варя, детка, если ты меня сейчас не накормишь – сожру вас обоих.
– Я сумею и за двоих постоять, – складываю руки на груди, закрывая собой Назара.
– Не переживай, я ему хвост отстрелю, – усмехается Назар мне в затылок. – Давайте поедим, я тоже голоден, как питон после линьки.
– Садитесь, – ставлю перед ними блюдо с курицей.
Богдан утопает взглядом в разрезе моего халата. Он настолько красноречив, что низ живота пронзает сладостный спазм. Так не должно быть. Моё тело любит Богдана и хочет его, но это неправильно, ведь душа тянется к Назару.
– Простите, сейчас приду, – плотнее запахнув халат, бросаюсь прочь из кухни.
Раскрыв шкаф в своей комнате, ищу что-нибудь монашеское. Но одежду мне Вольшанский-младший выбирал не для совместной молитвы.
***
Назар
– Обязательно было обнародовать перед Варей? – пинаю брата ногой, когда малышка сбегает.
– Ты теперь живёшь в доме с двумя волками, и я не хочу однажды утром обнаружить твоё бездыханное тело
– Но мы же трахали обычных женщин и нормально. Волколачки на моей памяти тоже никого не задрали.
– Варя новообращённая, и она прирождённая альфа, если ты не заметил.
– Не заметил.
– Потому что она всё ещё по инерции подчиняется тебе. Хочет подчиняться. На уровне рефлексов собаки Павлова. А я в постели Варю еле в коленно-локтевую поставил… Назар, отдай мне её!
– Нет! – швыряю на стойку приборы, и они падают на пол, звонко громыхая о кафель. Вскакиваю и, сунув руки в карманы, прохожусь по кухне. – Если я стал человеком, то исключительно ради неё. Она – моё дыхание, в ней вся моя жизнь! Я молился, чтобы она не обернулась, чтобы небеса нас соединили…
– Небо всё перепутало, – разгрызает Богдан трубчатые кости курицы. – Никогда, ничего не просите… Как там у Булгакова было?
– Да ну тебя! – убираю грязные приборы в посудомойку и беру чистые. – Лучше посоветуй, как быть.
– Дрочи чаще, – Богдан вытирает пальцы салфеткой, – сходи к шлюхам, если Зоряновский балаган ещё не разбежался. С появлением Вари тебя словно подменили. Интересно, а на обычных женщин встанет у тебя.
– Даже если встанет, я не вставлю. У меня Варя есть.
– Тише, она идёт! – ведёт носом Богдан и отодвигает тарелку. – Сейчас поест и едем искать Алана.
Варя входит, испуганно поглядывая на меня. На ней чёрная водолазка и джинсы. Волосы собраны в пучок.
– Ты бы ещё чадру надела. Совсем тебя этот демон запугал, – роняет Богдан и смотрит, как Варя садится за стол, как кладёт себе еду. Следит за каждым её движением.
– Я просто оделась. – Варя берёт вилку с ножом, её руки дрожат. – Богдан, то что было между нами утром – ошибка.
– Да ты что? Я так и подумал…
– Богдан, – пресекаю его иронию.
Проблемы растут как снежный ком, летящий с горы. Мы не уживёмся под одной крышей. И это ещё Алан не вернулся.
Вижу, что Варя голодна, но старается есть неспеша. Не ощущаю больше её аромат, но по-прежнему вижу её мысли. Такого у меня не было раньше ни с кем. Она хочет моего брата, но подавляет желание изо всех сил. Понимаю её – самого раньше раздирали дикая похоть. Они с Богданом сейчас на одной волне. Зверьки одной породы! Гнев рвётся наружу, и я выхожу из кухни в холл. Воздуха в груди не хватает. Накидываю куртку, иду на крыльцо. Осенний утренний морозец пробирается в распахнутый ворот рубашки. Сажусь на ступени и, зарывшись руками в волосы, закрываю глаза. Я – человек? Всю жизнь гордился тем, что я волк, альфа стаи. Были в моей жизни идеалы? Иван Велес! Варин отец был сильным волколаком, но чурался своих. Он до конца оставался для меня загадкой. Стоп! А не ушёл ли он из жизни человеком? Ведь он изживал из дочери волчью натуру, и это у него почти получилось. А его самого я и не помню когда видел последний раз в обличье волка. Найдём Алана и займёмся картой Велеса.
Дверь распахивается, и на пороге появляются Варя и Богдан. Они толкаются плечами и довольно улыбаются.
– Я тебя сегодня погоняю по лесу! – грозится братец, облизывая взглядом стройную фигуру моей возлюбленной.
– Ты ещё меня догони, – горделиво вскидывает голову Варя.
– Отвези нас в лес, добрый человек! – цепляет меня Богдан.
Понимаю, что не должен на них сердится, но не получается. Поднимаюсь со ступени и щёлкаю брелоком:
– За мной, мои собачки!
Глава 33
Богдан
За ночь от тел в лесу ничего не осталось. Cобираю остатки одежды в кучу и, щёлкаю зажигалкой. Сырые тряпки нехотя занимаются и чадят.
