- Если ты справишься с этим верзилой, считай, что победа в турнире твоя, хозяин, - напутствовал его Ги. - И умоляю тебя, не береги его жизнь. Ты же видел — он чужую жизнь нисколько не ценит. Коли, руби его везде, куда достанешь. В лицо, в ноги. Никаких благородных порывов. Этого зверя надо убить. Как такого дикаря вообще допустили к боям с благородными рыцарями?.. Кстати, ты заметил? - Кольчуга у него длиннополая, но ниже колен ноги прикрывают только обмотки. Это самое его уязвимое место.
***
Хельд и Лаэр помогали Жану надевать поддоспешник и кольчугу, подвязывали и застёгивали набедренники. Ги застегнул пряжки на наручах, а потом дополнительно обвязал правый наруч верёвкой в трёх местах.
- Начинается последняя часть турнира! Осталось всего две пары бойцов. Три боя, в которых решится, кто же будет победителем. На ристалище вызывается первая пара. Справа рыцарь из Лотарда ныне служащий в дружине Альдонского герцога, Ульбер дэ Лудон. Слева королевский барон, Жануар дэ Буэр. По взаимному согласию рыцари изволят сразится пешими!
Жан шел навстречу противнику уверенным шагом. Он видел, что Ульбер не обладает никакой особой техникой боя, берёт только нахрапом и грубой силой. Отступать, уклоняться, колоть самоуверенного дурака — казалось бы, что может быть проще?
Но, оказавшись с врагом на расстоянии удара, Жан, всё-таки, оробел. - Настолько Ульбер был громаден. Русобородый шкаф, с красным, то ли от загара, то ли от похмелья лицом нависал над ним, словно над букашкой. Жан сделал небесное знамение мечом, а Ульбер только хищно оскалился в ответ и бросился в атаку.
Град ударов тяжелого меча обрушился на Жана. Он только и успевал, что пятиться, уклоняться и подставлять щит. Конечно, инерцию никто не отменял. Меч, кажется ещё более массивный, чем обычные готардские мечи, невозможно было быстро отдёрнуть после удара. Жан множество раз получал возможность рубануть или уколоть противника по оказавшейся поблизости, держащей меч руке. Он и рубанул несколько раз, и даже, однажды, уколол врага в руку, кажется, пробив уколом кольчугу. Но, похоже, все это было для врага не опаснее комариных укусов. А для того, чтобы дотянуться до более уязвимых мест, у Жана уже не оставалось ни сил, ни возможности. И, главное, не хватало духа. - Ведь любой, не нанесённый вскользь, а в всерьёз пропущенный удар от такого противника мог стать смертельным.
Тем временем щит Жана, принимавший на себя град вражеских атак, быстро приходил в негодность. С каждый ударом от него отлетали крупные щепки. Парировать удары Ульберова «лома» своим лёгким мечом Жан и не пробовал. Мало того, Ульбер регулярно долбил Жана кромкой своего круглого кулачного щита, не давая Жану опомниться и хоть на миг оглядеться.
Злость на себя, слабого и трусливого дурака, взявшегося за явно не выполнимую задачу, злость на наседающего врага, на весь этот дикий, жестокий варварский мир, вскипала в душе Жана. Она колотилась звериной яростью у самого горла, не позволяя сдаться, заставляя упрямо бить, колоть, уворачиваться, отступать и снова бить, продолжать борьбу, сквозь накатывающую боль от пропущенный ударов и застилающий глаза красный туман.
Ещё раз отскочив назад, Жан ударился спиной о брусья барьера, ограждавшего пространство, выделенное для поединков, и понял, что бежать больше некуда. Ульбер снова занёс клинок, подшагнул… Жан с отчаянным воплем кинулся под меч врага. Прикрыв голову щитом, подскочил к противнику вплотную. Не обращая внимания на удар вражеского меча, обрушившийся сверху на щит, Жан рубанул Ульбера мечом по ноге, чуть выше ступни, и тут же бросился дальше, за спину врага. Бежал быстро, как заяц, стараясь оторваться от противника и снова занять место спиной к центру ристалища, чтобы получить возможность ещё несколько минут отступать, нанося врагу свои «комариные укусы».
Развернувшись лицом к врагу, Жан остановился. Ульбер догонял его хромая. Хромая! Жан широко улыбнулся и сплюнул на траву кровавую слюну. Во рту откуда-то была кровь. Но это было не важно. Важно, что он, кажется, может убить этого зверя!
Ульбер, дохромав, снова, с рычанием, бросился в атаку. Сперва ударил кромкой щита. Жан отклонился назад и прикрылся остатками своего щита. Щит врага врезался в него лишь на излёте и стал уходить обратно. Следом за щитом обрушился Ульберов меч. Он глубоко врезался в щит Жана, разрубив его от искромсанного края почти до умбона, и застрял там. Жан тут же метнулся вперёд и нанёс, наконец, укол в лицо врага. Попал в его русую, с рыжим, бороду, и куда-то дальше. В шею?