- Я буду участвовать только в турнире.
- Хорошо, - распорядитель пожал плечами. - У тебя есть необходимое для боя оружие и конь?
- Оружие, конь - всё есть. Но я буду драться пешим.
- Даже если твой противник предпочтёт конный бой?
- Да.
- Верно ли я понял, что ты на турнире готов выйти на бой пешим даже против конного?
- Да, готов. Но много ли будет чести конному победить пешего? Я надеюсь, что противник, увидев мою непреклонность, согласится на пеший поединок.
- А если противник не согласится?
Жан пожал плечами:
- Я дал Трису обет, и намерен ему следовать.
Распорядитель хмыкнул:
- Интересно будет завтра на это взглянуть.
***
Состязания всадников начались с рассветом и к полудню завершились уверенной победой трёх рыцарей. Гвинед дэ Шалон — всадник в чёрной котте с белым полумесяцем — оказался лучшим в метании копья на скаку. Рыцарь из свиты герцога Гвиданского Эльдан дэ Ложеронт превзошел всех в рубке мечом с коня, на скаку располовинив четыре тыквы подряд. Копьём поднять с земли платок лучше всех получилось у Арнильфа дэ Крамо — высокого, тощего рыцаря, прибывшего с юга, из Ринта. Однако, Эльдан дэ Ложеронт отстал от него лишь потому, что у него в последнем состязании прямо в руках сломалось копье. Эльдан был фаворитом местной публики. Говорили, что прошлогодний турнир Нисхождения он пропустил, а вот два года назад сумел его выиграть.
«Чёртов интриган Арно Гвиданский! Выставляя своё условие, он ведь наверняка знал, что его рыцарь, прошлый чемпион, Эльдан дэ Ложеронт, будет участвовать в турнире. Выходит, он заранее подставил меня под Эльдана… Хотя, чего я, собственно, ждал? С самого начала было ясно, что мне постараются помешать. То, что я, выходец из крестьянской семьи, безродный торгаш, осмелился просить руки Лин, герцог, конечно, воспринял, как неслыханную дерзость. У него наверняка были другие планы насчёт того, кому отдать в жёны свою падчерицу… Конечно, если бы мне удалось уговорить её сбежать со мной куда нибудь, подальше от этих мест, хоть в тот же Медан… Может, там такая же разруха и дикость, как тут, но, говорят, там с торговлей получше, и города крупнее… Вот только она ничего подобного слушать не захотела. Да и как ей, с детства привыкшей к роскоши и повиновению слуг, к своему замку, к библиотеке, конным прогулкам, большим зеркалам и тёплым ванным бросить всё это? Я, конечно, уже не нищеброд, как в первые месяцы своей жизни тут, но по сравнению с ней… Даже если бы она согласилась бежать со мной, я бы потом всю жизнь упрекал себя за то, что лишил её высокого статуса и графства. А женившись на ней легально я могу и графство получить под своё управление. Естественно, у герцога Арно Гвиданского на Тагор свои виды… Хорошо ещё, что он попросту убийц ко мне не послал. Решил играть по-честному. Если меня убьют или покалечат на турнире, то Лин поплачет, погрустит и успокоится. А он сможет выдать её за какого-нибудь своего вассала. Хоть за того же Эльдана. Это позволило бы ему сделать своего верного слугу и вассала графом Тагора. И что ему за дело до чувств и до судьбы какой-то девчонки, пусть даже и собственной падчерицы?»
Служки, тем временем, очистили ристалище от переносных изгородей, столбов, и другого реквизита конных состязаний. Убрали с поля кучки конского навоза. Пора было объявлять сам турнир, но распорядитель медлил.
- Не хотят начинать без короля, - пояснил Ги. - Он должен занять своё место во-он там — слуга указал на деревянный помост. Вчера помост оснастили перилами и столбами для тента, а затем обтянули как бы стенами из полотнищ красной и синей ткани. Сверху над помостом был растянут тканевый полог, прикрывающий от солнца. Над помостом на высоком древке трепетал королевский сине-красный флаг с орлом, растопырившим крылья. По бокам от него, на древках пониже, пестрели флаги трёх герцогов — Гвиданского, Альдонского и Пэйлорского, а также флаги восьми прибывших на турнир графов. Тагорского сине-белого флага не было. Это и не удивительно. После смерти отца Лин, графа Рудегара Тагорского, некому было поднять этот флаг. Вдова Рудегара, графиня Карин дэ Тагор пять месяцев назад вышла замуж за герцога Арно Гвиданского. Арно собирался присутствовать на турнире. Как один из герцогов, он имел привилегию на пирах, турнирах и молебнах находится по правую руку от короля. Но пока его не было видно среди знатных гостей, постепенно рассаживавшихся на помосте по обе стороны от высокого королевского кресла. Дочь Рудегара, юная графиня Элинора дэ Тагор осталась дома, в родовом графском замке. Мать и новоявленный отчим запретили ей приезжать на турнир.
«Может, это и к лучшему? Если меня здесь убьют или покалечат… Лучше, чтобы Лин этого не видела… О! Едут!»
На ристалище въехала пышная процессия из всадников в пёстрых нарядах — Суно, король Гетельда, его знатные гости, его приближенные и телохранители. Арно, герцог Гвиданский, ехал рядом с Суно, о чём-то переговариваясь с королём, и, кажется, был в прекрасном расположении духа.