Со своим жвалом я так ещё не экспериментировал, а женщина тогда сразу не удержалась. В описании имелась опция: "
Девушки!
И алебарда изменилась. Очень наглядной стала разница меж моей дилетантской "мастерской" и сработанной истинным профессионалом. Да вот, хотя бы рукоятка: она по-прежнему была обмотана паучьим шёлком, но нити стали толще и лежали теперь без зазора одна вдоль другой двумя полосами – двумя спиралями – ослепительно белой и бликующе-чёрной. А уж лезвие жвала… Появилась посвёркивающая острыми гранями выемка кровостока. И оно само… Чуть изменилась форма. Теперь отчетливо стало видно, что это – плод злой фантазии человека, а не злобный каприз естественного отбора. Алебарда чем-то стала походить на причудливые косы рядовых членов сыновей скорпиона. Хотя, конечно, наоборот: это тот, кто делал те косы, явно держал в уме жвалы ртокса. Или не в уме, а перед собою в натуре. (Или не в натуре, а на кульмане в трёх проекциях, или на экране компа в 3d модели, или с чем здесь работают разработчики?.. Работали полтора века тому назад.)
Ладно, теперь я к параду готов. Не удаляясь от воды – ждали-то мы "полковников", но, кто его знает, насколько наши предположения соответствуют действительности? – чуть отошёл от Хельги, поднял присмотренный ещё с той стороны ручья камень и швырнул его в тёмный зев крайней пещеры. Булыжник что-то задел, что-то там упало. А потом вышел он – ну, настоящий полковник.
Вид – тот же, раса – та же, ещё один сын скорпиона. Но по росту – выше. Те мне были по плечо, этот – бровь в бровь; более мощен разворот плечо, и одежда – уже не тряпки кое-где висящие вдоль костяка, а настоящая одежда, чем-то похожая на одеяния индейцев – легины, с перевязками по бокам, образующих странный узор; рубаха – бусы на ней! – а поверх всего – висящая на плечах серая шкура. Сапоги, перчатки, на голове шлем, по бокам которого торчали два мелких по здешним меркам жвала… Знакомая коса. Только рукоятка закрашена красным. Движения резкие, словно обрывающиеся, словно недозавершённые, недоделанные какие-то.
Красный бейджик: "
Он дёрнул головой налево, направо, увидел нас, сфокусировал глазки на мне и ринулся вперёд. Его странная моторика могла создать некоторые проблемы, но я отлепил от плеча своё парадное оружие и, обеими руками взявшись у лезвия, акцентировано вогнал его пяту в пол, направив остриё жвала в сторону неживого сержанта.
И он узнал его. На полушаге затормозил. Затормозил неестественно резко, словно для него Ньютон в своём законе инерции в каком-то закрытом протоколе прописал личное исключение. И почти как я, тоже перехватил свою косу близ лезвия и постучал её пятой о каменнистый пол. И красный цвет бейджика стремительно вылинял в серый.
– Хельга! – негромко, стараясь не шевелить губами, скомандовал я.
Женщина выступила вперёд и повторила нашу пантомиму. Тот постучал своей рукояткой и для неё. Тогда я, держа перед собою алебарду, обошёл его справа – встал, упёр жвал, чуть наклонил его. "Сержант" послушно повернулся ко мне. А Хельга свои перемещения не акцентировала – как движение волны, даже ещё мягче – прошлась скольжением кругов от канувшего в водяную бездну мелкой гальки. А потом удар. Что ж, с рядовым составом она натренировалась. Да, сержант был мощнее тех и одеяние его, наверное, давало какие-то добавочные бонусы к защите, но и алебарда стала эпической. Она развалила военного в два движения. Мне и добавлять не потребовалось.
"
Чего-то рассусоливать, ждать, обсуждать не стал, поднял камень и швырнул его в следующую обитель зла. И через пару минут мигнуло:
"
Последний вышел сам – камень бросать не потребовалось. Но когда всплыло:
"
