– Может, – охотно согласился Изверг. – Только это – наш единственный шанс. И учти, что трёх часов на рассусоливание у нас уже нет. Даже часа нет. Нейтрализация этих проклятых деструкторных ударов жрёт энергию, как… Ещё слава Богу, что их разрядники перенакачиваются раза, кажется, в полтора дольше обычных…
Продолжая бормотать что-то про интервалы между разрядами, напряженность заградительного поля и энергоресурс, Виктор Борисович Изверов выкарабкался из своего полуложа, приглашающе мотнул подбородком: «Валяй, студиоз, приступай».
И студиоз послушно занял место перед чиф-компом. И приступил. Он только еще один вопрос задал напоследок:
– А зачем SOS нужно делать узконаправленным?
– Чтоб твоя вирусная стряпня не досталась кому попало, – любезно разъяснил экс-космоволк. – В русле Стикса полно выводящих маяков – нехватало ещё перегадить какому-нибудь транс-лайнеру выход из сопространства. Может, твоя совесть и выдержит пару сотен безвинных покойников, а моя – вряд ли.
«Господи, ну самое время теперь заботиться обо всех безвинных, сколько их там ни есть в родимой Галактике! И-ис-сусик от Космотранса… Чистоплюй хренов… Сам же говорит, что шанс последний. А если на „Вервольфе“ распознают направленность сообщения? Вопль о помощи, адресованный исключительно нападающему – тут и потомственный дебил вбрэйнится, что к чему…»
И на вот этом-то из Чиновой головы единым духом вымелось всё, не имеющее прямого отношения к стремительному пощёлкиванию контакторных сенсоров и к выстраивающимся на экране шпалерам значков мэшинлэнгва.
Кажется, дважды или трижды дёргался блокшив (плевать; изображение уже совсем перестало коверкаться под это дёрганье, а на остальное нам опереться хоботом); кажется, трижды или четырежды подкрадывался, засматривал через плечо Изверов (тоже плевать: всё едино ни шиша не поймёт, а если и поймёт, то хрена с два упомнит)…
Наконец дело было сделано. Ну, почти: оставалось ещё дождаться, пока чиф-комп домучает свою часть работы и слепит оба куска в один шедевр передовой хакерской мысли. Минута-другая, не больше – на дисплее судороги процентовки выполнения операции стремительно близились к сотне. И Чинова способность воспринимать окружающее восстановилась в полном объёме.
Обнаружилось, например, что в рубке горит свет. Настоящий. Тёплый и яркий. До того тёплый и яркий, что в Чиновой голове даже трепыхнулось оптимистичное подозреньице: уж не было ли всё предыдущее гаденькой заморочкой под названием «учебная тревога»?! Окрылённый студент обернулся, вознамерившись было требовать объяснений у господина линкор-капитана, да так и замер с вывернутой шеей и приоткрытым ртом.
Господин линкор-капитан изволил стоять в расслабленно-небрежной позе, привалясь к стене и устремив пооловянневший взгляд на нечто, взгляду простого смертного не доступное. А ещё господин линкор-капитан, оказывается, вполголоса напевал. То есть Чин, конечно, пение услыхал не вдруг; Чин, конечно, слышал близкое пение и до того, как вздумал нашаривать взглядом аса практической космонавтики. Но ему (Чину) даже в голову не пришло заинтересоваться, откуда оно доносится. Мало, что ли, в рубке динамиков… И точно так же еще мгновенье назад в Чинову голову не могло бы вкрасться, будто ас, ветеран, линкор-капитан, голодный удав и прочее, объединённое собирательным названьем «Изверов», может обладать вполне профессионально поставленным голосом.
Перехватив взгляд Чинарёва, Изверг, похоже, смутился. Смущение по-Изверговски вылилось в совершенно волчий оскал и задиристый вопрос:
– Чего таращишься? Думаешь, исключительно только хакерам дозволяется иметь… как это… разносторонние увлечения?
Чин смолчал, лишь произвёл бровями некое движенье, трудно переложимое на слова.
– Ты, кстати, удосужился заметить, что у нас опять горит свет? – Изверов продолжал камуфлировать замешательство, и поэтому голос его был наредкость злобен и неприятен. – Знаешь, что это значит?
Чин отвернулся (шея затекла до ломящей боли, а охоты играть в стоика отчего-то не было никакой). Экс-космоволк воспринял его поступок по-своему:
– Не знаешь… Так вот: экономящий режим кончился. Начался аварийный. По мнению автора алярм-программы спасаться удобней при качественном освещении. И подыхать – тоже. А экономить всё равно уже почти нечего.
Снова тряхнуло; снова в попытке что-то там доложить панически взвизгнул комп.
Изверг не без труда подавил зевок и сообщил:
– Следующего удара мы с тобой уже не заметим. Понял? Тогда изволь-ка поторопиться.
