Отсюда хорошо виден низенький холм с шатром Ладомиры, кострами и разбитым вокруг лагерем. Ладомиры не видно. Но Тарх увидел Гардока, тот сидит с остальными воинами вокруг костров. Вот он поднялся, стал напряженно всматриваться в сторону рощи, что у подножия холма, где стоят трое и Лада. Он словно бы ожидал кого-то там увидеть, но этого не произошло. На лице парня промелькнула тревога.
– Так он же высматривает меня, – пробормотал Таргитай. Он начал было размахивать руками над головой, пытаясь привлечь внимание, но парень даже не шевельнулся, не глянул в его сторону, хотя холм не так далеко.
– Он тебя не видит, – напомнила Лада мягко, положив ему руку на плечо. – Никого из нас вообще.
– Какой-то гонец, что ли… – пробормотал дудошник, всматриваясь вперед. – Передал посылку.
Он посмотрел на Мрака и Олега.
– Друзья, мне пора! Рад был вас…
– Погоди, – сказал Мрак, опуская на плечо тяжелую ладонь. – Надо кое-что обсудить.
– Но меня ждут, – сказал Таргитай, кивая в сторону холма с шатром.
– Разберутся и без тебя, – сказал Олег нехотя. – Побудь еще с нами. Мы ж не виделись тыщу лет.
Он обменялся заговорщицким взглядом с Ладой.
– А это еще кто? – вдруг изумленно проговорил дудошник, глядя на холм. – Это что…я?! Как такое возможно? – Он повел плечами. – Что вообще происходит?!
Он увидел, как похожий на него, как две капли воды, парень начал петь. Это пение было прекраснее всего, что Таргитай слышал в жизни. Настолько красиво, проникновенно, что тронуло его за самое сердце и проникло глубже – в душу.
– Лада, – сказал Таргитай потрясенно, не отрывая взгляда от певца. – Признайся…Неужто это…наш сын?
– Ты угадал, – ответствовала богиня. – Это Торван. Прости меня, Таргитай. Я не могла спасти вас обоих!
– Спасти от чего? – не понял голубоглазый невр. Но на лице проступило предчувствие беды.
В тот же миг до него долетел истошный крик. Торван, одетый в любимую рубашку Таргитая, бился в страшной агонии. Он кричал, извивался на месте, стараясь стащить расписную рубаху, но та словно прилипла к телу.
Тарх рванулся было вниз, чтобы поскорее оказаться там, помочь…но понял, что не может двинуться с места. Мало того, он не мог произнести ни слова. Глянул на Ладу, в ужасе понял, что та наложила заклятие, и он теперь лишь молча мог взирать на то, как в муках умирает сын, которого он никогда прежде не видел.
Дудошник охнул, чувствуя, как подкосились ноги. Он не заметил, как рухнул на колени. В одночасье он обрел двух сыновей и тут же потерял. Один мертв, а для другого – мертв он сам. Тут же вспомнилась речная нимфа в лесу, которая потребовала отдать то, чего он дома не знает…
По щекам заструились слезы. Таргитай заскулил, как измученный побитый пес.
Мрак с Олегом и Лада делают вид, что не замечают. Молча смотрят, как в огонь к Торвану прыгнула София, а потом сопровождающий ее молодой парень бросился на меч. Увидев это, Таргитай взвыл еще сильнее, отчаянее.
В полумраке гаснущего в небе солнца Лада выглядела уставшей и бледной, лицо блестит от слез по погибшему по ее вине сыну. Она коснулась ладони Таргитая, крепко ее сжала.
Они ехали втроем по широкой дороге, поднимая пыль. Кони несут неспешно, рыжий волхв то и дело щупает, теребит обереги на шее, пытаясь предугадать, что их ждет впереди. Могучий черноволосый оборотень хмуро смотрит вперед, думает о своем. Огромная секира, притороченная к седлу, тяжело покачивается.
Таргитай негромко играет на дудочке, отпустив поводья коня. Песнь выходит печальная, заунывная. Олег и Мрак изредка косятся недовольно, но ничего не говорят.
Вскоре показался перекресток из трех дорог. Олег, наконец, отпустил обереги, натянул поводья. Мрак последовал его примеру. Таргитай отнял дудочку от губ, посмотрел на друзей вопросительно.
– Ну что, – прогудел Мрак. – Разъезжаемся? Как в прошлый раз. Рад был тебя видеть, Тарх.
– Опять? – пробормотал Таргитай уныло. – Может, хотя бы съездим в корчму, перекусим? Я с дороги мог бы перекусить целое бревно. А потом уж и каждый своей дорогой… Хотя…куда мне теперь…
Мрак посмотрел на Олега, обронил:
– Почему нет. Корчма, так корчма. Эх, давно никому морду не бил, соскучился!
Олег помолчал, затем сказал нехотя:
– Обереги мне сейчас кое-что рассказали. Рано нам покамест в разные стороны.
Мрак нахмурился, спросил без обиняков:
– Говори, чего там опять стряслось? Кто-то обосрался и не может без нас поменять портки? Опять??
– Весь мир, Мрак, – сказал Олег с улыбкой, разведя руки в стороны, как бы извиняясь. – Похоже, вновь придется его спасти.
– А это обязательно? – проворчал оборотень. – Сколько раз уж спасали, замаялся всем сопли вытирать. И главное, неблагодарное это дело…
– Другого мира у нас нет, – сообщил Олег. – Поэтому, если хотим жить в нем и дальше, то придется.
Он посмотрел на дудошника.
– Таргитай, ты как, с нами?
– Куда иголка, туда и нитка! – отозвался дудошник радостно. – Но только сначала в корчму, как договорились!
– Уговор – дороже денег, – согласился Мрак, оскалив зубы. – Поехали.
Они разом погнали коней вперед, из-под копыт полетели крупные черные комья.
