Подойдя к стражникам и возвышаясь, точно осадная башня, Таргитай проговорил:
– Добрые люди, мне нужно увидеть царя Алкедона! Я был у него на службе, и он будет рад меня видеть!
Стражники неприветливо оглядели громадного варвара. Заметив выглядывающую из-за плеча рукоять Меча, уважительно присвистнули, в глазах промелькнул интерес.
Один из стражей усмехнулся, сплюнул на мостовую сквозь зубы и сказал:
– Мало ли кто служил царю. Мы вон тоже на службе, точно Мордван?
– Ага, Лакудр, – поддакнул тот, – может, царь и нам от радости пир закатит?
– Еще как, и дочку позовет станцевать! – вступил в разговор третий. – Ха-ха!
Одетые в кожаные доспехи стражники разразились смехом, хлопая друг друга по плечам.
– Иди отсюда, варвар, – сказал рыжий, так что глаз не видать от веснушек. – Не нарушай общественный порядок. У тебя вон какой Меч, такой вообще-то нельзя носить, кроме тех, кто на службе у нашего царя. И как тебя с этим шалопаем, – он указал на Нестора, – вообще через ворота пропустили? А вдруг ты помог сбежать холопу, а его хозяина, какого-нибудь достопочтенного господина, убил и ограбил, а жену и собаку изнасиловал? Иди, а не то придется отправить тебя в тюрьму и этого парня, который с тобой.
– Проваливайте, – поддакнули остальные, – не мешайте патрулировать город и ловить опасных разбойников.
– А что, – спросил дударь с неподдельным интересом, – тут и опасные есть?
Стражники насмешливо переглянулись.
– Их потому и нет, что мы доблестно несем службу. И ворогов, чудовищ всяких нет по той же причине. Только вот дурни стоеросовые, вроде тебя ходют и ходют. К царю напрашиваются, ищут приключений на задницу.
– Мне все-таки очень надо к царю! – сказал Таргитай настойчиво. – Ежели не доставите к Алкедону, он велит вас высечь! А потом отрубить головы. Или наоборот. Еще я слышал, что царь любит сажать на кол!
– Взять его! – гаркнул побагровевший Мордван. – Тупоголовых надо учить в застенке!
Лакурд ударил Таргитая наотмашь.
– Руки за спину, скотина! Эй, веревку!
Невр, не долго думая, ударил стражника в ответ. Солдата сбило с ног. Перекувырнувшись, он грохнулся на булыжную мостовую.
– Эй, на помощь! – заорал Мордван. – Нас атакуют!!
– Милорд, на город нападают!! – заорал кто-то гнусавым голосом. Потом опять, еще гнусавее, словно на нос надета толстая прищепка: – На нас напали!! На город нападают!!
Он и остальные двое бросились на Таргитая, не обращая на Нестора внимания. Тот услыхал топот множества ног, обернулся. К ним со всех сторон площади бегут стражники с деревянными дубинками в руках. Нестор почувствовал, как навалился ступор, ноги и руки сделались ватными. Его насквозь пронзило чувство страха, он в ужасе наблюдал за тем, как бьется его спутник-варвар.
Стражник с гнусавым голосом продолжал орать, что на город нападают, звать милорда, и давать советы, типа перестаньте меня трогать, вам нужно управлять королевством…Нестор решил, что у него плохо с головой и снова глянул на дудошника.
Посчитав недостойным вытаскивать Меч, Таргитай дерется, как медведь, на которого насела стая псов – бьет кулаками во все стороны, крушил, сбивает стражников с ног. Ловко уворачивается от ударов, раздает пудовые оплеухи.
Подоспели еще стражники, почему-то в клетчатых юбках до колен, принялись бить Таргитая короткими дубинками. Показалось, что орут про какого-то Воллеса, наверное, обзываются, гады.
– Свобооода! – взвыл Таргитай протяжно и проникновенно, но это не помогло.
На голову резко опустилась дубинка, и невр, охнув, упал на колени. Огляделся замутненным взором – вокруг лежат без движения человек десять стражников, руки раскинуты, лица разбиты в кровь.
На него бросились оставшиеся на ногах, начали охаживать дубинками. Еще несколько раз приложили по голове, и дудошник упал на камни мостовой лицом вниз.
– Кстати, – буркнул Лакурд, вытирая кровь с носа, и сплевывая. – Наш царь – давно уже не Алкедон, тупой ты варвар. Ха! Посмотрим, как запоешь завтра на дыбе!
Связав ему руки, воины потащили бесчувственно тело прочь. Нестору в спину уперлось острие меча. Он послушно дал связать запястья. Потом рухнул вперед от сильного пинка. Кое-как поднявшись, понуро двинулся за стражниками, что волокут Таргитая. Волосы невра, что спадают на разбитое лицо, слиплись от крови.
Когда тяжелая дверь захлопнулась, Нестор оказался в полутемном помещении. В углу, куда стражники бросили Таргитая, пахнет старой соломой. Свет проникает сквозь небольшое забранное решеткой окошко у потолка. Лучи солнца уже глубоко багровые, следы дневного света в них тают, снаружи почти стемнело.
Парень оглядел камеру, потрогал выступающие из стен кирпичи, рассмотрел, что Таргитай лежит на единственном тюфяке, невесело рассмеялся. Вот свезло дураку – у него лучшее место, даже когда в тюрьму бросили.
Он подошел и осторожно потрогал невра за спину, легонько толкнул.
– Эй! – позвал он. – Таргитай! Ты живой? Очнись!
Дудошник не шелохнулся, и тогда Нестор принялся толкать и теребить сильнее.
– Таргитай! А ну, приходи в себя! Не вздумай тут помереть! Дотерпи, пока выйдем и найдем место получше!
