В ночи послышался волчий вой. Потом стал раздаваться ближе, Стефей обеспокоенно прикинул, что крупный волчара завыл в сотне шагов от костра. На всякий случай, вытащил из ножен меч, положил рядом, чтобы быстро схватить и отразить нападение.
Сам же уселся к костру спиной, глядя перед собой и вокруг в темноту, где угадываются силуэты могучих деревьев, толстых ветвей, что тянутся в стороны. На миг показалось, что это притаившиеся в темноте чудовища тянут лапы, но круг света от костра не дает достать Стефея, положить узловатые пальцы на горло, сдавить, задушить, вырвать из груди бьющееся, еще теплое сердце.
Вновь повернувшись к Таргитаю, воин задумчиво прищурился. Рука потянулась к швыряльному ножу на поясе. Пальцы обхватили отполированную множеством прикосновений рукоять. Поднявшись, Стефей, крепко сжимая нож, шагнул к спящему варвару.
В тот же миг в темноте рядом раздалось глухое рычание. Стефей замер, машинально сунул нож обратно за пояс и вернулся за мечом. Краем глаза увидел движение возле костра, обернулся, держа оружие наготове.
Из темноты к костру вышел громадный черный волк. Зверь размером походит чуть ли не теленка, голова крупная, лобастая, из приоткрытой пасти свешивается ярко-красный язык меж громадных белых зубов, которыми запросто можно перегрызть бревно.
Волк не сводит внимательных глаз со Стефея. Сел возле дрыхнущего варвара, закрывая собой. Зверюга сидит спокойно, уверенно, будто верный пес стережет сон хозяина. От взора Стефея не укрылся шрам на волчьей морде. Следом за ним, из темноты показался еще один, помельче, но под шкурой в свете костра тоже заметны покатые тугие мышцы. Оба сели перед Таргитаем, пристально смотрят на Стефея, как бы предупреждая взглядами: не смей подходить! Однако и попыток напасть не делают, сидят смирно, иногда негромко рычат, скаля крупные белые зубы.
Воин потянулся за прутиком с мясом, в ответ снова глухое предупреждающее рычание. Он спокойно подобрал еду и принялся насыщаться, не спуская глаз с волков.
– Проклятый варвар, – пробормотал он, – тебя и звери лесные оберегают. Везунчик, разрази меня гром.
За спиной раздался шорох, хрустнула ветка, будто кто наступил сапогом. Нож сам прыгнул Стефею в ладонь, тот вскочил и обернулся, готовый отразить нападение. Но в темноте никого не оказалось. В ночи глухо заухал филин.
Плюнув с досады, повернулся назад к костру и замер с приоткрытым от удивления ртом. По ту сторону, чуть левее огня, аккурат возле спящего Таргитая сидит человек. Языки пламени высвечивают худое лицо с чуть заостренными чертами, спадающие на плечи рыжие волосы и короткую, небрежно остриженную бороду. Зеленые, как изумруды, глаза задумчиво смотрят в огонь. Стефей приметил широкие, как ворота стольного града, плечи, плиты мышц на груди что видны под распахнутой волчовкой – такой же, в какую одет спящий дудошник. Рыжий весь соткан из тугих мышц, сидит спокойно и уверенно, хотя при нем никакого оружия, кроме дорожного посоха. С виду, варвар, как и дрыхнущий Таргитай.
– Ты кто такой? – спросил воин. – Откуда взялся?
Мельком глянув на Стефея, рыжий пошевелил прутиком угли, подбросил пару толстых веток, отчего огонь взвился ярче, сильнее, в черное небо полыхнуло роем искр.
– Исполать тебе, добрый человек, – молвил рыжий. – Я путник, просто шел мимо. Вот, решил погреться у твоего костра. Ты отвернулся, наверное, там было что-то важное, может, про баб думал, лесных мавок, я не знаю, или еще о чем-то высоком. Не хотел тебя отвлекать, вот и сел без приглашения. Я ж понимаю, сам люблю о высоком помыслить…
– Чего тебе надо, варвар? – потребовал Стефей. Он убрал за пояс нож, ладонь нащупала на земле рукоять меча.
– Мне-то? – спросил рыжий лениво. – Погоди.
Он повернулся в сторону, сказал в темноту:
– Ну и где ты там? Давай сюда.
Стефей нахмурился. Из темноты вышел огромный черный волк. Ударился оземь, и на ноги поднялся человек громадного роста поперек себя шире. На лице застарелые шрамы от оспы. Волосы черные, как вороново крыло, подбородок и щеки покрыты легким слоем щетины. Смотрит настороженно, прищурившись. Наконец, уселся рядом с рыжим возле спящего Таргитая. У того на лице проступило спокойное и даже радостное выражение. Рыжий передал мешок, тот достал волчовку, портки, пару сапог и быстро облачился. Оттуда же появилась массивная секира, от размеров которой Стефей мысленно и с уважением присвистнул. Такие бывают только у варваров из диких лесов или с гор.
– Олег, – рыкнул черноволосый, – доставай еду. Похоже, нам тут не рады, угощать не будут. Только сперва убедись, что дурень не проснется. Еще этого не хватало.
Рыжий посмотрел на дудощника, но тот дрыхнет, раскинув руки, приоткрыв рот. Таргитай встрепенулся, но рыжий протянул руку, медленно погладил по волосам, даже легонько почесал за ухом, как собаку. Тарх блаженно заулыбался, не открывая глаз, и снова расслабился, довольно засопел во сне.
Рыжий гость достал из-за спины походную кожаную суму, глянул на оборотня с укором:
