Питомник ванаанских псов находился неподалеку от западных отрогов. Поэтому хватило бы нескольких тварей, для того, чтобы уничтожить все поселение гномов. Хотя эти создания не любили находиться под землей, но ради добычи они полезли бы куда угодно.
Когда год назад о разведчиков поступило известие, что свора исчезла, Имрин не знал, радоваться ли ему этому известию или опасаться его. Одно дело – если тварей уничтожили, а совсем другое – если их натравили на чьи-нибудь поселения. Поэтому он с замиранием сердца ожидал следующих сообщений. Но свора не вернулась ни на следующий день, ни через декаду. И за это время никаких тревожных вестей из Империи или Лавиэна не поступало. Поэтому и глава четвертого клана, и его советник смогли вздохнуть спокойно. А теперь оказалось, что радовались они зря. Ванаанцы восстановили питомник.
– Я объявил особое положение в западных отрогах,– сообщил глава.
– Так сразу?– немного удивился советник.– Я понимаю, угроза серьезная. Но не рано ли паниковать…
– Нет, не рано,– перебил его правитель клана,– сегодня пришло сообщение из Империи. Император переводит к Хребту мира еще один легион. Он готовится к войне.
– Как и Ванаан.
– А мы между ними, как между молотом и наковальней,– кивнул глава.– Все равно, кто из них начнет войну, мы пострадаем больше всех.
Несколько минут в кабинете царило молчание, но потом советник все-таки решился задать тот самый главный вопрос.
– На чьей мы будем стороне?
– Пока нам никто ничего не предлагал,– не весело усмехнулся правитель клана.– Для Ванаана мы всего лишь помеха, для Империи – кучка затворников, не желающих общаться с окружающим миром.
– Но когда встанет выбор…
– Мы поступим так, как велит наш долг,– отрезал глава.– Я помню клятву, которую приносил, когда возглавил клан. Вести свой народ и хранить его закон. Или я дал повод усомниться?
Что-то такое в этот момент было в его глазах, из-за чего Имрин невольно вздрогнул. А потом склонился в церемонном поклоне.
– Я прошу прощения, глава клана,– сказал он.
Несколько мгновений правитель изучал его макушку, стараясь подавить свой гнев. Все-таки Имрина он знал с самого детства, и все это время тот был ему другом и опорой. Поэтому глава сделал глубокий вдох и спросил уже более спокойно:
– Наши посланники вернулись?
– Несколько часов назад,– кивнул советник,– на них напали неподалеку от границы. Но им удалось спастись.
Он протянул главе свиток-послание, к которому был привязан небольшой ничем не примечательный камушек. Но именно он и привлек внимание главы клана.
– Это то, о чем я думаю?– спросил он, вертя безделушку.
– Именно,– ответил советник.– Ключ от древнего тайника.
– Но откуда он у южных кланов? И почему они так просто его отдали?
– Для них он бесполезен,– пожал плечами Имрин,– а нам может пригодиться.
– Так каким будет ответ?
– В преддверии войны не стоит вспоминать старые обиды. Я хочу послушать доклад о поездке.
– Конечно,– кивнул советник,– я вызову Рамира.
В дверях он замешкался, собираясь что-то сказать. Но, увидев, как глава сосредоточенно изучает очередной документ, промолчал. У них больше не осталось времени на сомнения. Поэтому принятое решение должно было быть исполнено. А время покажет: ошибочно оно или нет.
Джай рассеянно листал фолиант, доставшийся ему от щедрот местных хозяев в качестве развлечения. Он даже не пытался читать, просто перелистывал страницы, размышляя о свалившихся на него очередных неприятностях. В том, что его выдадут ванаанцам, юноша уже не сомневался.
Ему выделили роскошные покои. Но никуда из них не выпускали (даже с сопровождением). Охрана отказывалась отвечать на его вопросы. А Имрин, который забегал к нему несколько раз в течение дня, ограничивался ничего не значащими фразами. Так что Джай снова почувствовал себя запертым в клетке. Правда, теперь условия были лучше, и никакие подчиняющие артефакты на него никто не одевал, но сути это не меняло.
А ведь он предчувствовал (фактически знал), что именно так все и обернется. Потому что в отличие от древнего леса, который благополучно "проспал" последние несколько тысяч лет, гномы жили в реальном мире. И как существа прагматичные (а этого у их расы было не отнять) ни за что не стали бы портить отношения с соседним государством ради мальчишки, который был даже не их расы. Он на их месте поступил бы точно так же.
Джая немного утешало только то, что с него сняли проклятые браслеты. И он мог трезво оценивать ситуацию, не боясь, что кто-то опять подчинит его сознание.
