А если так, это означало, что разговор с эльфом не имел особого значения, во всяком случае, он не был основным. Главным было произошедшее потом. Вот почему его отец был так напряжен, он в отличие от своего невнимательного сына сразу сообразил, какую игру затеяли оба советника. И Исидия нашли подозрительно легко. Хотя обычно неуловимого целителя было просто невозможно отыскать во дворце.
Герцог ар-Тан не был магом, поэтому, предложить использовать заклинание поиска мог только Барус. Но все прошло не так, как рассчитывал советник. Необходимую информацию он получил. Но увиденное так напугала его, что договор с герцогом ар-Таном уже не имел для него значения. Даже воля императора становилась не столь важна.
Маг посчитал угрозу настолько серьезной, что только Высший совет мог ей противостоять. А если учесть, что Барус был не склонен к пустому паникерству, то в действительности дела могли быть еще хуже.
– Либиус, сколько времени нужно для того, чтобы собрать Высший совет?– спросил молодой лорд, уже не заботясь о том, спит старик на самом деле или нет.
Тот все-таки не спал, потому что мгновенно открыл глаза и удивленно посмотрел на Джая. Впрочем, к его удивлению примешивалась изрядная доля насмешки и… одобрения?
– Ну и вопросики у вас, милорд,– ответил он,– кто же этих магов разберет. Они могут и месяц собираться, и год. Впрочем,– добавил он после недолгого молчания,– если сильно постараются, то за пару дней управятся.
Судя по поведению Баруса, на этот раз совет должны были собрать очень быстро.
Джай снова задумался, поэтому Лар, которого заинтересовала эта тема, спросил у Либиуса:
– А что такое "высший совет"?
– Это совет магов,– ответил старик.– А высший – потому что там собираются только высшие. Причем, собираются обычно долго. Этих высших пока найдешь, потом пока уговоришь.
– Почему?– удивился Лар, который, похоже, имел совсем другое представление о высших магах.
– Они же вместе никогда не уживаются, сразу что-то делить начинают, вот и разбежались по всем странам кто советниками, кто отшельниками, смотря кому что нравиться. Иные так далеко забираются, что не сразу и найдешь. Правда, сейчас немного их осталось. Когда во время последней войны собирались, еще человек сорок набралось. Теперь, хорошо если три десятка будет.
– Уходят высшие: хоть и долго они живут, намного дольше простых людей, но все равно стареют, умирают, а учеников себе не берут. Это же очень трудно – учить. Особенно если править хочется, или еще хуже, когда все так надоели, что на людей смотреть тошно, и в пещеру бежишь. А ведь ученика еще выбрать надо, воспитать, знания ему передать – столько лет работы.
Заметив, что Джай тоже с интересом слушает его объяснения, старик добавил:
– А если не доглядишь, то такого воспитать можно, что он весь мир перевернет. Вот потому еще и не берут, что боятся. Я мастера Риама столько лет уговаривал, и все зря. Дождемся, что совсем никого не останется.
– И неплохо будет,– буркнул эльф.
– Ничего ты еще не понимаешь. Если бы не совет, кто вековую войну остановил бы? Так до сих пор и была бы смута. Да и теперь правители все перегрызлись бы, если бы не маги. Из высших каждый, конечно, по-своему живет, но мирный договор они соблюдают.
Выслушав объяснение, эльф снова замолчал. Он слишком плохо знал этот новый и непонятный для него мир, чтобы судить о нем. А в том мире, к которому он привык, действовали совсем другие законы.
О них вспомнили ближе к вечеру, когда солнце уже заметно опустилось к горизонту, а Джай стал подумывать о том, что визит к императору откладывается до завтрашнего утра. Но потом появился очередной безликий слуга (эта черта всегда отличала особо доверенных прислужников от всех остальных) и попросил их следовать за собой.
Количество стражников в коридорах увеличилось. Чуть ли не на каждом углу стояли охранники, провожавшие их компанию непривычно внимательными взглядами. Но их ни разу не остановили и не задали ни одного вопроса.
Джай не ожидал, что их приведут в личные покои императора. Здесь он ни разу не был, поэтому с интересом оглядывался по сторонам. Личные покои император мог переделывать согласно своим пожеланиям. И они радовали глаз полным отсутствием той показной роскоши, без которой не мог обойтись зал для приемов или тронный зал. Хотя, для отделки комнат и использовались лучшие ткани, а мебель была сделана из древесины альба, который выращивался только на юге Лавиэна, и очень дорого стоил, но зато здесь не было ничего лишнего. Ничего такого, что бы могло испортить атмосферу уюта и простоты.
Когда слуга открыл перед ними дверь, то внутрь он пригласил только Джая, указав остальным на низенький диванчик у стены.
