– Давай не будем опять начинать этот разговор,– примирительно сказал император, и брат ответил ему хмурым взглядом, но промолчал.
– Сегодня к тебе заходил Маран,– произнес его величество, обращаясь к Джаю, и тот кивнул в ответ.
Тогда император вышел из-за стола и отбросил в сторону занавеску, за которой показалась скрытая дверь.
– Пойдемте со мной,– сказал он.
Они прошли через несколько залов и оказались в просторной комнате, из которой вынесли почти всю мебель. Зато здесь было очень много детских игрушек, сваленных по углам. Посреди комнаты прямо на полу сидел его высочество, наследный принц Маран и старательно складывал пирамиду из разноцветных кубиков. Чуть в стороне от него в кресле расположилась уже знакомая Джаю леди Мариса, а выход в коридор загораживали двое слуг.
Несколько долгих минут юноша с ужасом рассматривал наследника престола, а потом отвернулся и неожиданно встретился глазами с императором, который, как оказалось, все это время наблюдал за ним. И хотя по лицу его величества ничего нельзя было определить, Джай понял, почувствовал его боль и усталость. Император любил своего единственного сына, но он слишком устал надеяться на его выздоровление.
– Первые приступы начались несколько лет назад,– тихо сказал правитель,– Сначала, они были редкими, но потом стали повторяться чаще. Сейчас он практически не выходит из этого состояния. А мы ничего не можем предпринять. Исидий бессилен ему помочь. Марисе удалось только затормозить процесс, но не остановить его.
– Пока нам удавалось это скрывать. Но если в ближайшее время не случится чуда, то мне придется назвать другого наследника.
Джай смотрел на императора и думал о том, что он не хочет знать то, что знает, и слышать то, что сейчас услышит. Эта мысль посетила его еще до того, как за Марисой закрылась дверь в его комнату, и он все это время гнал ее прочь. Скорее всего, он и на Лара сорвался именно потому, что не смог окончательно отделаться от нее. И вот теперь она неотвратимо настигала его.
– После смерти Тереха, ты мой ближайший наследник, Джай.
– Нет,– одними губами произнес сын герцога, уже понимая, что его желание или нежелание теперь не играют никакой роли, а потом посмотрел на отца.
Герцог ар-Сантар поднял глаза на сына, и юноша понял, что и этот спор с императором отец уже проиграл. А еще он понял, почему Терех столько времени проводил при дворе. Конечно, мастер Риам дал им обоим прекрасное образование, но этих знаний было не достаточно для наследника престола, и тем более для императора. Поэтому Терех уезжал во дворец, там он наблюдал, спрашивал, старался понять – он учился. Причем, на протяжении нескольких лет. Но он погиб, и огромный мешок ответственности свалился теперь на плечи его младшего брата – шестнадцатилетнего мальчишки, который, только тем и занимался в своей жизни, что совершал одну глупость за другой.
Потом император разговаривал еще о чем-то с герцогом ар-Сантаром. Но в этот раз Джай совершенно забыл обо всех наставлениях учителя, и не прислушивался к их беседе. Даже когда отец повысил голос, он никак не отреагировал. Ему было все равно. И только когда в кабинете воцарилась тишина, юноша поднял голову и с недоумением посмотрел на обоих. На лице герцога снова была хорошо знакомая маска безразличия, за которой он мастерски умел скрывать свой гнев. А выражение лица императора было его зеркальным отражением. Они явно собирались продолжить свой разговор, но чуть позже, и уже без свидетелей.
– Кажется, с тобой были двое,– напомнил император.
– Лар и Либиус – мой слуга, они тоже видели Марана,– ответил Джай.
– Старик будет молчать,– уверенно произнес император, а потом повернулся к Джаю,– Ты ручаешься за эльфа?
– Да,– коротко ответил тот.
– Хорошо, тогда возвращайся к себе.
