Все старания работорговца оказались напрасны, больше никто не посмел перебить цену черного мага, даже гоблины решили не испытывать терпение носителя черной одежды.
– продано! Продано господину черному магу за пять серебряных монет!
Два мускулистых орка тут же открыли клетку, и надели на шею эльфийки железный обруч. Затем они повели девушку через толпу, прямо к купившему ее максиму.
Получив пять монет, орки почтительно поклонились, и оставив эльфийку, направились обратно к сцене.
Тем временем, в клетке появились сразу трое новых рабов, это были люди, два мужчины и женщина. Пока работорговец расписывал товар, Максим с удивлением узнал циркачей, и Кэтрин, которая находилась в клетке.
Девушка выглядела очень плохо, она совсем осунулась, ее плечи безвольно повисли. Мужчины выглядели не лучше.
– и так, начальная цена за первого раба, одна медная…
– даю три серебряных, за всех. – перебил торговца Макс, внутренне говоря себе "что я делаю?".
Орк закашлялся, и на какое то время замолчал. Затем он провел сложные умственные монипуляции, и не решившись перечить черному магу объявил.
– двенадцать медных монет за трех рабов, кто даст больше?
И опять все промолчали, эти рабы оказались не таким интересным товаром, а потому их без сожаления уступили магу.
– продано!
– зачем вам люди… хозяин? – спросила дроу.
"а зачем мне ты?" тут же подумал Макс. Он сам себе удивлялся, в первый же день накупил рабов, растратив почти все деньки, которые ему презентовал учитель. В кошеле оставалось еще манет двадцать, но с такой скоростью трат, этого хватит ненадолго.
– Сим? – шепотом спросила она.
– ш-ш. – ответил Макс. Ему очень не хотелось, что бы кто то знал его имя, даже переиначенное на здешний манер. Он повернулся к эльфийке и спросил. –ты знаешь, где здесь можно поесть, и хотелось бы, что бы запах был не как от выгребной ямы.
– да… хозяин. – ответила та, слегка склонив голову.
От макса не укрылось то, что девушка уже второй раз слегка задерживается, прежде чем назвать его хозяином. "значит они не сломили твою волю" подумал он.
– веди, и прекрати называть меня "хозяин" я это не люблю.
Десять минут молодая дроу вела маленькую группу по узким улицам грязного города, в некоторых местах поднималась такая вонь, что глаза начинали слезиться и перехватывало дыхание. Другие прохожие почтительно уступали дорогу черному магу и его рабам, и даже сочувственно смотрели в след носителям железных ошейников.
Наконец эльфийка остановилась неподалеку от входа в неприметное заведение, над которым висела выцветшая табличка с надписью "белый волос".
– там довольно чисто и неплохо кормят, но рабам туда нельзя. – произнесла девушка.
Макс посмотрел на своих спутников, обдумывая сложившуюся ситуацию. Вряд ли эльфийка надеялась, что хозяин как то начнет за нее заступаться, если начнутся какие-то волнения, скорее всего она хотела проверить,какие отношения будут между магом и его рабами.
В принципе, Макс мог снять ошейники со своих спутников, все таки уроки призрака не прошли даром. Он вполне мог доверять циркачам, они были подавлены и даже при желании не могли представить для него угрозу, а вот дроу, это другое дело. Было видно, что она готова вырвать сердце любому, кто попытается к ней прикоснуться, и только ошейник и удерживает ее от попытки напасть на черного мага.
Внутри заворочался хищник, которого в своем ученике разбудил призрак. Хищник почувствовал ветающий в воздухе вызов, и стремился вырваться наружу, наполняя своего хозяина яростью. Только благодаря этим хищникам, древние люди и сумели выжыть, а в современном мире они стали неоктуальны, и просыпались только в маньяках, которые легко поддавались влиянию и не могли управлять зверем в своей душе.
– если я сниму с вас ошейники, обещаете не делать никаких глупостей? – спросил он.
Циркачи радостно закивали, и начали убеждать, что они будут смирными и послушными. Только дроу молчала, ее глаза внимательно смотрели на мага и в их глубине горел огонь недоверия.
На циркачах были ошейники с очень слабыми заклинаниями, так что справиться с ними труда не составило, а когда Макс повернулся к эльфийке, на его руке повисла Кэтрин.
– она же темный эльф, если ты ее освободишь, она…
Прервал девушку испытующий взгляд кровавых глаз Максима, который заставил ее не только замолчать, но и отшатнуться.
Макс чувствовал, что его сознание меняется, убийство уже не казалось преступлением, а почти все что он видел, было лишь орудием мести. При этом он абсолютно не понимал, кому же собирается мстить, но это было вторичное ощущение, главным оставалась жажда крови.
– как тебя зовут? – спросил Макс у эльфийки.
